Сирийский рубеж 2

Фюзеляж выполнен в расцветке пустынного камуфляжа, бортовые номера отсутствовали.

Капоты двигателей были открыты, а в самой кабине сидел человек, настраивающий оборудование. Вооружение снято, кроме пушки на правом борту. Но и с ней в данный момент работали.

— Сан Саныч, когда уже полетите? Мы так весь спирт потратим «по назначению», — подошёл ко мне инженер по вооружению.

— Не торопись, а то успеешь, — пожал я ему руку и заглянул в кабину вертолёта.

Пока я наблюдал за работой специалиста конструкторского бюро, в ангаре появился Мулин в сопровождении двух офицеров в песочной форме.

"Буквально с порога, заму командира корпуса не понравилось, что никто из техсостава не соблюдает форму одежды. Правда тут же всё встало на свои места — Мулин спутал военных техников с гражданскими.

— Здравия желаю, Антон Юрьевич, — поприветствовал Тобольский полковника.

— Доброе утро. Как обстановка? Знакомитесь? — поздоровался Мулин с Олегом Игоревичем.

— Да мы уже знакомы с этими вертолётами.

— Кто мы?

— Ну как же?! Вон мой ведомый.

Я оторвал взгляд от табло системы экран и пошёл в направлении полковника.

— Здравия желаю, товарищ полковник, — уважительно поприветствовал я Мулина, но с его стороны такого не наблюдалось.

Заместитель командира корпуса цокнул и нехотя протянул мне руку.

— Вылечились? Так быстро? — спросил Антон Юрьевич.

— Так точно. Готов к работе.

— Это радует. Сегодня проведём совещание по этому поводу. Есть уже спектр задач, которые ваша группа «Конус» будет отрабатывать в ходе испытаний в боевой обстановке, — сказал Мулин и развернулся к выходу из ангара.

Чего приходил, непонятно. Только настроение людям испортил.

— Ля на него. Как обычно чи доволен, чи нет, — рассуждал Иван Акимович.

— И часто приходит? — спросил я.

— Каждый день. Зайдёт, ни здрасте, ни доброго утра. Хоть бы к вертолёту одному подошёл да посмотрел.

Акимович при этих словах погладил фюзеляж Ка-50, будто это и не вертолёт, а домашний кот. Вот что значит, когда люди относятся к технике как к живой.

После осмотра Ка-50, мы с Тобольским прогулялись в соседнее укрытие, где были спрятаны Ми-28, которые будут осуществлять прикрытие наших вертолётов. Здесь уже вовсю работали наши подчинённые из числа лётчиков эскадрильи. И работали шумно!

Громче всех, разумеется, были два брата «по-разному» Рашид и Рубен.

— Командир, я вот что подумал… — шёл за мной Рашид, когда я осматривал один из Ми-28.

— Эй, не надо, слышишь.