Сирийский рубеж 2

В наш с ним последний личный разговор в кабинете начальника Центра в Торске он был более раздражён. В то время мы как раз расстались с Кристиной, и он пытался меня заставить к ней вернуться.

Чагаев встал со своего места и, сложив руки за спиной, направился ко мне.

— Вчера мы могли с тобой погибнуть. Ты это понимаешь? — задал мне вопрос генерал, подойдя ближе и… приобнял за плечи.

Быстро мы с Чагаевым сократили дистанцию.

— Предельно чётко и ясно, товарищ генерал армии, — ответил я.

— Давай без официоза.

— Понял.

Генерал отошёл от меня и направился к карте. Затем к сейфу и небольшому шкафу в углу палатки. Похоже он пытался подобрать какие-то слова, но пока я не мог понять его задумку.

— Знаю, что ты — человек понимающий, — продолжил разговор Чагаев, поправляя усы.

— Проницательный, Василий Трофимович.

— Пускай. Ещё ты умный и рассудительный, — продолжил меня нахваливать генерал.

— Это всё подготовка и опыт.

— А ещё ты невыносимо упёртый.

— Я бы сказал — целеустремлённый.

Генерал фыркнул, а затем улыбнулся.

— Ну и так можно сказать. Для молодых лётчиков — ты пример храбрости и доблести. И это в твои-то годы!

Какую-то интересную тактику по задабриванию меня выбрал генерал. В прошлый раз «бил кнутом». Видимо, сейчас будет «пряник».

— Рад стараться, Василий Трофимович.

— И это хорошо, — улыбнулся генерал и вернулся за стол.

Василий Трофимович открыл красную папку и достал несколько бумаг.

— Мы поговорили с командованием Ограниченного контингента. Хватит с тебя медалей и орденов. Ты будешь представлен к званию Героя Советского Союза.

Я сглотнул ком в горле. Такими словами и обещаниями не бросаются. И судя по тому, что у генерала в руках напечатанное представление и характеристики, он не шутит.

— И этому званию ты соответствуешь полностью. Так что, поздравляю с заслуженной наградой, — протянул мне руку генерал, и я её пожал.

Звезда Героя — высшая степень отличия в Советском Союзе.

А тут Василий Трофимович меня поздравляет, будто сейчас достанет из стола коробку с наградой.

— Спасибо, но я ещё ничего не получил, — ответил я.

Генерал по-прежнему не отпускал мою руку, крепко её сжимая. В очередной раз он показывает свою силу.

Чувствую, что есть нестыковки во всей этой сцене с наградой. Вернее, уже прям «воняет» подвохом.

— Согласен. Ещё не получил, но обязательно получишь.