Сирийский рубеж 2

Может с вашей помощью, что-то да изменится.

И почему все всегда на кого-то надеются? Согласен, что наши солдаты в Сирии выполняют приказ и всегда помогут. Но просто взять и воевать вместо вооруженных сил, только потому что Асад — наш друг, неправильно в корне.

— При всём уважении, Джанаб, но мы не можем быть сирийцами больше, чем сами сирийцы.

— Да уже то, что вы и ваш командующий здесь — хорошо.

Вдалеке показался тот самый кортеж машин, который вёз Чагаева. Не так уж и долго он находился в Абу-Духур. И это наводит на мысль, что разговора не вышло.

Я показал Рубену и Рашиду, что нужно занимать места в кабинах. Машины ехали быстро, поэтому и нам нужно было торопиться с запуском.

Попрощавшись с братьями, я вернулся к Ми-8 и стал ждать команды генерала на запуск. Кеша передал мне снаряжение, которое я быстро надел, пока машины подъезжали к вертолёту.

— Запускайтесь, Клюковкин, — крикнул мне полковник из «свиты» генерала, выйдя из машины.

Сам же Чагаев вышел из машины с весьма недовольным лицом. Не доходя до вертолёта, он успел обменяться мнениями с одним из своих помощников и тем самым сирийским коллегой, который его встречал.

— Это не война, Муниб. Если армия отступает, это нужно признать и работать. Но вы же докладываете совершенно другое, — услышал я фразу Чагаева.

— А что вы от нас хотите?! Повальное дезертирство, недовольство и предательство. Не знаешь откуда и ждать удар, — развёл руками сириец.

— Мне нужна полная картина, чтобы координировать наши действия. Радужная или критическая она — неважно.

Я уже залезал в вертолёт, когда Чагаев и его сирийский коллега обменялись рукопожатиями. Один из помощников Василия Трофимовича подтвердил мне, что лететь нужно в Хаму. Это как раз по пути «домой». Там же будет и дозаправка.

— Запускаемся, — сказал я, заняв место в кабине.

— Понял. Запуск от аккумулятора? — запросил Виктор.

— Подтвердил.

Наш вертолёт ещё только запустился, а пара Ми-28 уже начали выруливание со своих мест.

— Духур-старт, прошу паре 210-го взлёт со стоянки, — запросил я у диспетчера, чтобы Хачатрян сразу начали нас прикрывать.

— Не возражаем.

— 10-й понял. Внимание, взлёт! — дал команду Рубен и пара Ми-28 практически синхронно оторвалась он бетонной поверхности.

Пока мы рулили к полосе, они кружили в торце полосы, ожидая наш взлёт.