Sindroma unicuma. Книга 2.

Может, Мэл проезжает мимо общежития?

В динамике периодически раздавались звуки - скрип сиденья, щелканье коробки передач, случайно включилась бравурная песенка в автомагнитоле и тут же стихла.

Мэл ехал. Куда? Ко мне?

Боже мой!

Что сказать ему? ""Не смей""?

Язык прилип к небу, сердце долбило по ребрам.

Я слушала Мэла, он слушал меня. Мы вслушивались в дыхание друг друга и в мазки звуков, выдаваемых динамиками.

Если приедешь, настучу тебе по голове телефоном! - выкрикнула в темноту за окном. Я ведь неодетая, непричесанная.

"Какого фига? Могу хоть кикиморой ходить - дело мое.

Прилегла на кровать, и пружины прогнулись под весом тела. В трубке коротко хмыкнуло.

Мэл поворачивал руль, а я лежала, с жадностью вслушиваясь в каждый звук. Обо всём позабыла: об обидных словах в столовой, о его Эльзушке, об оскорблениях, выплеснувшихся около мужских раздевалок.

Мэл ехал по столице и сидел в салоне один. Один!

Наступило секундное затишье, и гулко хлопнула дверца машины. Что-то зашумело.

Забренчало, негромкий хлопок.

Мэл вернулся домой. Один. Какое облегчение!

Слух обострился до предела возможностей. Я услышала бы сейчас, как Капа в соседней комнате перелистывает страницы с конспектами и зевает.

Звуки в телефоне: шорохи, стуки, позвякивания, треск, громыхание, - словно наяву я представила, как Мэл бросил связку ключей на столик, прошел к холодильнику и достал бутылку молока, как направился к кушетке и подвинул к панорамному окну, чтобы смотреть на ночной город - сверху вниз.

И я поняла, что хочу быть там, рядом с Мэлом, на кушетке. Хочу любоваться горящим ожерельем улиц, отпивая холодное молоко из одной бутылки. Хочу снова напугаться высокими потолками, чтобы Мэл успокоил меня и утешил. И обнял.

Хочу к нему, до боли, до крика, готового сорваться с губ.

Сама не заметила, как всхлипнула, и в трубке стихли звуки.

Тишина на том конце стала звенящей. Я почувствовала - еще миг, и он скажет. Скажет что-то, что разрушит незримую нить, протянувшуюся из одного конца столицы в другой. Зачем портить очарование момента?

Не удержав очередной швырк, суматошно разъединилась и отключила телефон. Совсем. Наглухо. Придется просыпаться утром по своим внутренним часам. Все равно не просплю.