Сильная женщина

А затем Надежда Ильинична спрашивает:

- Вам ведь платить надо? Только деньги все у мужа, а у меня вот в кошельке пять тысяч осталось. Я Вам их отдам. Только помогите.

Я бесплатно не работаю. Но есть в моих посетителях что-то такое беззащитное, уязвимое, как у брошенных щенков. Как у меня десять лет назад. А меня ведь не бросили.

- Деньги уберите. Вам жить негде?

- Ну да, - голос ее становится еще тише.

Не знаю, зачем мне это, но я решаю помочь. Вроде и делать этого не следует. Кто они мне? Но оставить все так, как есть, не могу.

Я позвонила следователю и выяснила, что Анохина задержали по подозрению в совершении мошенничества. Арест будет завтра в 9 утра в Советском районном суде. Я сообщила следователю, что я - защитник подозреваемого, и через час привезу ему ордер, а до этого ему лучше никаких действий с ним не проводить, если он  не хочет, чтобы я жаловалась.

Я проверила у Надежды Ильиничны документы, потом позвонила Миле, у которой пустует дача, вполне пригодная для проживания.

Я нашла следователя, ознакомилась с протоколом задержания и другими документами, потом съездила в ИВС, поговорила с Анохиным. Он клялся, что к исчезновению денег не имеет никакого отношения. Я ему поверила. Поэтому вернулась в офис и допоздна готовилась к завтрашнему судебному заседанию, где будет решаться вопрос, заключать под стражу Анохина или нет.

Когда стемнело, в офис приехала Катя. Я очень удивилась. Подруга выглядела странно.

- Что случилось? Вы же с Никитой должны были улететь сегодня.

- Вылет отложили. Я расстроилась и решила к тебе заехать. Может, сходим куда?

- Из-за чего отложили?

-Неполадки с самолетом.

- А теперь как же?

-Вроде полетим послезавтра. Так как насчет прогулки?

-Извини, Катюш, я не могу. У меня завтра арест*. Хочу добиться, чтобы человека выпустили под подписку.*

Чащина осталась, о чем-то рассказывала, но я не слушала.

Потом она побыла еще немного и ушла. Я вздохнула с облегчением, так как её болтовня отвлекала от дела.

Когда я уже собралась уходить, раздался звонок стационарного телефона.

- Алло, я слушаю, - взяла я трубку.

- Ольга Аркадьевна? - на другом конце провода раздался грубый мужской голос.

- Да, это я.