Сияние

Но ты не мог бы припомнить хоть что-то до появления Тони?

– Помню маму, – медленно ответил Дэнни. – Она волновалась за меня.

– Мамы всегда волнуются за своих детей, друг мой.

– Нет… Не так. У нее была сестра Эйлин, которая погибла еще совсем маленькой. Она вспомнила, как Эйлин сбила машина, и только поэтому стала тревожиться за меня. Больше я ничего не могу вспомнить.

Эдмондс внимательно посмотрел на него.

– То есть она думала обо всем этом прямо здесь? Сидя в моей приемной?

– Да, сэр.

– Откуда же ты можешь это знать, Дэнни?

– Сам не понимаю, – печально ответил мальчик.

 – Должно быть, это сияние.

– Что-что?

Но Дэнни лишь вяло помотал головой.

– Я ужасно устал. Могу я пойти к маме с папой? Мне не хочется больше отвечать ни на какие вопросы. Я устал. И у меня тяжесть в животе.

– Тебя может вырвать?

– Нет, сэр. Мне просто нужно к маме с папой.

– Так и быть, Дэн. – Доктор Эдмондс поднялся. – Иди в приемную и побудь с родителями, но только минутку. А потом попроси их зайти.

Мне нужно побеседовать и с ними тоже. Договорились?

– Да, сэр.

– Там есть книжки, которые ты сможешь пока полистать. Ты же любишь книжки?

– Да, сэр, – послушно ответил Дэнни.

– Ты хороший мальчик.

Дэнни лишь слабо улыбнулся.

* * *– Я не обнаружил у него никаких признаков заболевания, – сообщил доктор Эдмондс чете Торрансов. – По крайней мере в физиологическом смысле. Что касается умственной сферы, то он очень развит, но наделен, пожалуй, избытком воображения. Такое случается.

Некоторым детям нужно дорасти до своей фантазии, как до купленной на вырост обуви. Фантазии Дэнни сейчас еще слишком велики для его возраста. Вы когда-нибудь проверяли коэффициент интеллекта мальчика?

– Я не верю в эти цифры, – сказал Джек. – Они заранее формируют предвзятое отношение со стороны как родителей, так и учителей.

Доктор Эдмондс кивнул:

– Вероятно, так и есть. Но если вы однажды протестируете его, то, как мне представляется, обнаружите, что он опережает в умственном развитии свою возрастную группу.

Его словарный запас и умение выражать свои мысли просто поразительны для ребенка, которому нет еще и шести.

– Просто мы всегда старались разговаривать с ним на равных, – сказал Джек не без гордости.

– Конечно. Потому что вам едва ли когда-либо нужно было снисходить до его возраста, чтобы он вас понял, – заметил Эдмондс, поигрывая своей авторучкой. – Когда он был у меня на приеме, то впал в транс. По моей просьбе.