Шпаги и шестеренки

– Отчего же? Я ведь говорил вам, что прогресс каждый день создает что-то новое, то, чего маги даже представить себе не могут… Вы видели на вершине правого нагревательного корпуса странное сооружение из металлических полос, такая плетеная Эйфелева башня в миниатюре? Это радио. Еще год назад это была только игрушка для ученых, а сейчас – мощный излучатель электросигналов. «Борей» постоянно поддерживал связь с объединенной эскадрой. И как только мы обнаружили вашу приманку – несчастных людей с «Бродяжки Салли», тут же сообщили об этом.

За иллюминатором полыхнуло. Так, словно сработала гигантская, в милю шириной фотографическая вспышка. И еще одна. И еще.

Грохот обрушился на «Борей», волны раскаленного воздуха, порожденные взрывами, неслись во все стороны, бросая корабль, словно на волнах в штормовом море.

Алиса бросилась к иллюминатору, увидела, как громады воздушных кораблей скользят в небе, недосягаемые для выпущенных снизу стрел, неуязвимые для древней неторопливой магии, и сыпят-сыпят-сыпят вниз, в дым, пламя, в толпы обезумевших от ужаса людей аккуратные бочонки нефтяных бомб.

Алиса закричала, прикусив губу. По подбородку потекла кровь.

– Хорошо, – прошептала Алиса. – Пусть будет так. Пусть будет так…

Не произнеся больше ни слова, она вышла из салона.

– Куда она? – спросил Дежон. – Хочет спастись?

– Не похоже, – сказал Егоров. – Не тот человек. Она фанатик, такие не отступают…

– Значит, она решила уничтожить «Борей», – заключил Конвей. – Вместе с собой.

– У хранилища термогена – самое место, – проворчал Уилкокс. – Сколько может продолжаться этот паралич?

– До самой смерти, – сказал Дежон. – Недолго.

– По внутреннему коридору мисс Алиса до хранилища не доберется, там все перекрыто на всякий случай, – сказал Уилкокс. – Полезет по внешней лестнице. В юбке это не очень удобно, так что – не меньше десяти минут.