Школа выживания

– Ну, хорошо, – очень быстро согласилась мама Тимы и фыркнула сыну: – Тимошенька, садись.

Тот присел.

– Хотя нет, встань, – приказала она, заставляя беднягу снова вскочить со стула. – Покушаете?

– Не увлекаюсь десертами, – немедленно отказалась я, проклиная секунду, когда согласилась прийти в чайную. Знала же, что встречи на Часовой площади никогда не проходили по-человечески.

– Садись, Тимошенька.

Сын покорно уместил пятую точку на стул.

– Так, значит, Валерочка… – На этом имени я снова икнула, позорно и громко.

– Нет, – немедленно отказалась я, понимая, что одно неосторожное слово – и нарвусь на длинную лекцию, а фолиант все равно не получу. – Мой отец пишет статью, там что-то связано с Абрисом. Вот и попросил найти книгу…

Глаза мадам блеснули.

– Тимошечка, ты слышал? Профессор Уваров пишет новую статью! Валерочка, а секретарь ему не нужен? Ты, верно, знаешь, что Тимошечка неплохо печатает на машинке.

Она покосилась на сына, намекая, что раз уж у нас любовь до погребального костра, то невестка могла бы и продвижению по службе поспособствовать.

– Нет, не слышала, – пробормотала я и снова схватилась за кружку, а потом вспомнила, что она пустая. Почему пить-то хотелось так сильно? Мадам Доходяга явно действовала на меня иссушающе.

– Он использует технику двух пальцев! Я сама его этому научила.

– Помощник отца печатает слепым десятипальцевым методом… – не удержалась я и немедленно пожалела, что ничего не соврала, ведь едва появившийся из сумки краешек фолианта немедленно нырнул обратно.

– Кстати, Валерия, – снова перешла она на официоз, – Тимошечка говорил, что ты неплохой артефактор?

– Мама, она лучший артефактор университета, – пробормотал он.

– И сколько ты на своих поделках зарабатываешь?

Поделки?! Она обозвала мою магию поделками?! Я всегда считала, что обладаю крепкими нервами, но от мадам Доходяги у меня задергалось нижнее левое веко.

– Пока у меня нет лицензии, артефакты продает университет.

– То есть ты живешь на матушкино наследство?

Тима бросил на меня виноватый взгляд и протянул:

– Ну, ма!

– А что ма? – возмутилась та.