Школа выживания

– Валерия, ты в порядке? – когда поток брани иссяк и наступила тишина, уточнил Оливер. – Ты вчера тоже здорово ударилась лбом. Эй, ты там жива?

Господин преподаватель, ты встречал мертвеца, так залихватски вопящего матом?"

"– Вас стучаться учили? – промычала, не шелохнувшись.

– Клянусь, я ничего не увидел.

– Правда? – приподнявшись на локтях, я осторожно покосилась в его сторону. Высокая фигура заполнила дверной проем. Выглядел сосед так себе, на небритом лице явно читалась бессонная ночь.

– Почти, – признался он.

– Вон! – Я уткнулась гудящей головой в подушку.

Он кашлянул, надеюсь, пытался выкашлять извинения, и вышел. Выпутавшись из простыней, я стремглав оделась, пометалась в поисках обуви, но, похоже, домашние туфли потерялись где-то между первым и вторым этажом. Пришлось выбираться босиком, на цыпочках.

В комнате пахло крупяной кашей и специями. Оливер стоял у очага, спиной ко мне, и что-то помешивал в дымящейся кастрюле. Не зная, как реагировать на неожиданную хозяйственность соседа, я замерла в дверях, и латунная ручка чувствительно тюкнула в поясницу, заставив подвинуться.

– Оделась? – Он оглянулся через плечо.

– Угу. Я пойду.

– Садись есть. – Проигнорировав мой светлый порыв смыться, Оливер вернулся к помешиванию. – Я приготовил кашу по волшебному рецепту деда Вудса.

– Говоря «деда Вудса», вы ведь не себя имеете в виду? – промычала я, неловко теребя край кофты.

– Нет, – послышался смешок. – Мой дед готовил из рук вон плохо, но знал толк в лечении похмелья.

В молчании я прошмыгнула в купальню.

– Шпингалет сломался еще в прошлый раз, – крикнул он, заставляя меня в красках вспомнить ситуацию, при которой эта проклятая защелка слетела.

Поплотнее прикрыв дверь, я первым делом бросилась к зеркалу и шокированно вытаращилась, не узнавая собственного отражения. Ладно волосы свалялись вороньим гнездом, а глаза опухли, как у пьяницы с многолетним стажем, но поперек лба шла алая ровная полоса с запекшейся кровью.

Не найдя новой зубной щетки, я сунула в баночку с мятным порошком палец и уже хотела было втереть в зубы, изобразив чистку, как остановилась.