Школьная бойня

Что за срочность?

– Здравствуй, Юрий Петрович, – поздоровался Веснин. – Да, заглянул к тебе, но ты, как обычно, по уши в заботах.

– Есть такое дело, – Серов вертелся в поисках пепельницы. Да где же она? Вчера оставил на столе, а сейчас исчезла.

– Не эту вещь ищешь?

Серов обернулся. Веснин держал в протянутой руке треклятую пепельницу.

– Где она была?

– Да вот здесь и стояла, за календарем. Что-то ты разволновался, Юрий Петрович.

– Я? Тебе показалось.

Серов закурил. Приглашающим жестом указал в сторону кресла, и Веснин тотчас сел в него, поддернув мятые летние брюки.

«Что тебе надо? – подумал глава Управы, опускаясь в свое кресло. – Что ты хочешь от меня?»

– Ну, рассказывай, – попытался улыбнуться Серов.

Веснин заговорил не сразу.

– Это ты расскажи, – спокойно произнес он. – А мне-то о чем рассказывать?

– Я? – похолодел Серов.

– Я перефразирую, если ты не понял. Расскажи, как в прошлом году ты убил моего сына.

– Бог с тобой, – побледнел Серов.

– Целый год думаю, – хмыкнул Веснин. – И додумался, как видишь.

Серов попытался изобразить возмущение, но вышло у него слабо и фальшиво. Он и сам будто бы увидел себя со стороны и испытал ощущение сильного протеста. Да что себе Веснин вообще позволяет?

Сам же Николай вел себя очень спокойно. Он наблюдал и наслаждался зрелищем. Серов пока что не извивался, как уж на сковородке, но был напуган – и Веснин знал почему.

– Я же целое расследование провел, – сказал он.

– Не понимаю тебя, – пробормотал Серов, подтягивая к себе какие-то распечатки, им же самим и отложенные в сторону. – Если у тебя все, то мне работать надо.

Он схватил шариковую ручку, стоявшую в подстаканнике, попытался что-то написать на бумаге, но ручка не писала. Взял другую. Та же история. Тогда Серов вспомнил про карандаши, которыми вообще не пользовался, и принялся судорожно искать их, выдвигая ящики стола один за другим.

– Хватит, – приказал Веснин. – Остановись.

Серов не послушался, продолжая греметь всем, что попадалось под руку.

– Будь человеком, – попросил Веснин уже тише. – Просто скажи мне – и я уйду."

"Слабенькая надежда шевельнулась в душе Юрия Петровича Серова. А вдруг и правда уйдет? Он оторвался от недр своего огромного письменного стола и поднял глаза на Веснина. И все сразу стало ясно как божий день.

«Никуда ты не уйдешь, – понял Серов.