Шито-крыто!

– Но если это так, то единственный, кто может привести нас к киллеру, это тот самый Прекрасный Принц!

Но как найти преступника, подруги совершенно не представляли. И в этом они вполне разделяли отчаяние Марины, которая мысленно уже перебрала все способы найти его.

– Вы знаете, я ведь вчера даже в милицию ходила! – призналась она подругам.

– Да? И как результат?

– Сначала они меня и слушать не хотели. Но потом я им объяснила, кто я такая и по какому поводу пришла к ним.

– Да?

– И ко мне действительно приехали двое очень милых молодых людей. Может быть, слишком молодых, чтобы быть классными специалистами, но, по крайней мере, они меня внимательно выслушали. Все мои слова записали. И сказали, что сделают все от них зависящее, чтобы найти моего жениха.

При этих словах в головах у подруг мелькнули неясные догадки.

– А эти двое ребят как выглядели?

Марина ненадолго задумалась, а потом без труда выдала четкое описание. И подруги в ее описании моментально узнали тех двух оперативников, которых следователь при них посылал в офис «Эх, прокачу!». Видимо, ребятам сообщили о важной свидетельнице, которую те никак не могли найти. И когда эта свидетельница сама собственной персоной пожаловала в отделение, коллеги тут же сделали нужный звонок.

И вот еще странность! Почему-то Марина сейчас так четко и точно описала этих ребят, что хоть сейчас иди и фоторобот составляй. Но почему же про своего Прекрасного Принца она могла сказать только то, что у него чудесные глаза? И даже цвет этих самых глаз она не могла назвать точно. Он у нее постоянно менялся. То они были голубыми, то становились зелеными, а то и вовсе превращались в желтовато-ореховые!

– Но если я его увижу, то тут же узнаю! – твердила Марина.

Что же, рассказ Марины хоть и косвенно, но все же подтверждал факт убийства главного редактора Козявки через окно офиса «Эх, прокачу!». Но что это давало лично подругам? Только то, что у редактора журнала, в котором регулярно пропадают модели, имелись враги. И враги настолько жестокие, что они не остановились даже перед его убийством.