Шито-крыто!

А затем вытащил из кармана пиджака телефон и приложил его к уху.

– Звонит, – пробормотала Кира. – Кому-то он звонит. Интересно, кому?

Внезапно в машине раздалось мелодичное пиликанье.

– Что это?

– Это мне, – засуетился Владимир Игоревич. – Это мой телефон.

– А-а-а… Ну, ответьте.

Художник взял телефон, и Кира снова перевела взгляд на Аристарха. Тот все еще кому-то звонил, напряженно хмуря лоб. А пиликанье никак не прекращалось, что вывело Киру из себя. Она искоса взглянула на художника и обнаружила, что тот сидит и пялится на свой телефон с вытаращенными глазами.

– Что еще случилось?

– Это он!

– Кто?

– Он! Аристарх мне звонит.

– Так это он вам звонит?

– Ну да. Мне. Он звонит! Ответить?

– Ни в коем случае! – почему-то испугалась Кира. – Не отвечайте!

Художник послушно спрятал телефон. А Аристарх, так и не дождавшись ответа друга, махнул рукой. Потом повернулся и, изменив направление своего движения, вышел со двора.

– Куда это он?

– Не знаю. Но поедемте на всякий случай за ним.

Теперь Аристарх двигался вполне уверенно.

Азарт слежки уже охватил и Киру, и Владимира Игоревича. Кира вцепилась в баранку, следя за дорогой. А художник говорил ей, куда свернуть на следующем перекрестке. Так дружным тандемом они и работали, пока Кира не произнесла:

– Места какие-то вокруг знакомые.

"– Да, – упавшим голосом подтвердил Владимир. – Похоже, что ко мне. Странно, что понадобилось Аристарху у меня дома?

Кира уже знала, верней, догадывалась, что понадобилось Аристарху, но все же решила утешить художника:

– Ну, не переживайте вы так. Возможно, он еще и не к вам в гараж едет!

Но Аристарх ехал именно в гараж. Последние сомнения развеялись, когда такси остановилось возле двухэтажного флигеля, в котором располагалась мастерская его друга.

– Зачем он туда идет? – волновался художник, следя за движениями своего друга. – Откуда у него ключи?

– Вы сами ему дали. Разве не так?

– Да. Дал.

– Вот дали, а забрать и забыли.

– Но я же не знал! Кира! Он взял мою машину!

Кира и сама уже увидела глазастую морду «Опеля», которая появилась из-за дверей.

– Что он творит?! – чуть не плакал художник. – Берет без спроса мою машину! Разве так можно?

Кира не стала его утешать дальше.