Шито-крыто!

Хотя они откровенно не понимали, как может процветать ресторан, который не в состоянии продавать закуски. Да и как их продавать, если закусывать тут решительно нечего?

Меню тоже несколько удивляло. Мясных блюд, а также блюд, включающих в себя острые или пряные заправки, а также маринады, тут не было вовсе. Овощи, рыба, злаки и травы. Все свежее, отварное или приготовленное на пару. Тоска!

Но оказалось, очень многие не разделяли мнение подруг. И в том числе их провожатая.

– Никаких животных жиров, – с восторгом прочирикала Оленька.

– А десерты?"

"– Десерты тут замечательные! – еще больше оживилась Оленька. – Рекомендую вам бланш из молока кокосового ореха с добавлением свежих фруктов.

– Бланш?

– Да.

Но пояснить, что крылось под столь оригинальным названием, Оленька не успела, потому что внезапно просияла и воскликнула:

– А вот и наш Паша!

Повернувшись в ту сторону, куда смотрела Оленька, подруги увидели парня действительно просто-таки ослепительной красоты.

Такой совершенной красоты подругам просто не приходилось встречать раньше. И не им одним. Буквально все посетители и мужского, и женского пола тут же повернули головы в его сторону и принялись обмениваться восхищенными репликами, забыв про свои отварные репки и морковные котлеты на пару.

Но Паша и бровью не повел, несмотря на всеобщее внимание. Видимо, парень привык к такому отношению к своей персоне. И сейчас, ничуть не смущаясь, профланировал через весь зал и присел за столик к подругам.

– Привет, мой котеночек, – произнес он, дружески целуя Оленьку в щеку. – Как ты? Тебя еще не похитили?

– Тебе легко шутить! – захлопала в ответ глазами девушка. – А мне знаешь, как страшно!

Но Паша на ее слова не обратил ни малейшего внимания.

– Рыба – это слишком калорийно, – озабоченно произнес он. – За прошлую неделю я и так набрал лишние сто пятьдесят граммов. А для модели моего уровня – это уже почти катастрофа! Ты ведь меня понимаешь, Оленька.

Девушка молча кивнула, словно зачарованная глядя на Пашу.

– Что же тогда взять?.. – продолжал тот терзаться сомнениями.