Шесть принцев для мисс Недотроги

Брауни - Brownie — домашние духи в мифологии Шотландии и северной Англии, небольшие человечки ростом около 90 сантиметров, схожи с маленькими эльфами с коричневыми нечёсаными волосами и ярко-голубыми глазами (из-за коричневого цвета волос их и называют «брауни», легко запомнить тем, кто учил английский язык). Занимаются хозяйственными работами, очень трудолюбивы и добродушны.

Глава 5. О комнатке из фантазий, незваных гостях и крайне пугающем письме

Я изобразила нечто наподобие книксена, чтобы заполнить паузу, которую обычно занимает человеческое «спасибо».

Сидхэ, чтобы не получить обязательство на пустом месте, вместо слов благодарности отвечают что-то вроде: «Я очень ценю ваше пожелание». Но лишний раз привлекать внимание не стоит, поэтому я старалась выглядеть смущенной особой, не понимающей как правильно реагировать.

Благо одногруппники начали один за другим открывать двери, и куратор перенесла внимание на них.

А я получила возможность спокойно затащить вещи в комнату.

Ох. О-о-й! Мамочки!

Вот теперь я понимаю менталистов, который хотят остаться в Холмах.

Комната выглядела… волшебно. Ноги утопали в нежном ворсе цветочного ковра, светлая мебель смотрелась легко и в то же время надежно, множество подушек с бахромой и вышивкой, рассыпанных по кровати, диванчикам и даже просто по полу, придавали помещению яркости и свежести. А огромный застекленный проем уносил очарованный взгляд на залитый уличным светом балкончик, с аккуратным деревцем в глиняной кадке.

Дверь я специально оставила открытой, чтобы куда-то задевавшийся Кусака смог беспрепятственно войти внутрь.

Поэтому прекрасно слышала мелодичное прощание куратора, стихающие голоса остальных новичков, хлопанье закрывающихся комнат, но… сама – сама продолжала неподвижно стоять, любуясь открывшейся мирной картиной.

Всю мою жизнь я прожила в крохотном домике, где бабушка спала в гостиной, уступив мне скудное уединение пристроенной лоджии. Ни стул рядом поставить, ни друзей позвать.

Потом, в полицейском общежитии нас тоже не баловали, выделяя узкие как пеналы комнаты.

Между кроватью и шкафом приходилось чуть не боком протискиваться, уж не знаю, как справлялся Буч, тролльскими габаритами куда крупнее моего, наверное, просто от двери рыбкой в кровать через изножье прыгал.

Даже на Летучем корабле мне выделили каюту размерами уже коридора. И вот, наконец, внезапные перемены в жизни – в Холме… ох, здесь мне досталось удивительно просторное и красивое жилье, сплошной восторг.