Шаманка. Невеста слепого мага (СИ)

Не нужно старику знать, насколько взволнован его хозяин.

— Вы хотите порвать письмо? Лин Гвидичи? Или проверить его на проклятия? О! — сапоги скрипнули, помощник заёрзал на стуле. — Вспомнил. Софией звали ту лину, для которой я собирал гардероб.

Анри резко замолчал. Да, необразованных девушек в благородных семьях не бывает. Письмо по-прежнему странное. Но Франко не торопился его отдавать. От бумаги исходил едва уловимый запах жасминовой воды. Анри заказывал её у парфюмера. Редкий аромат, непопулярный у современных бессалийских красавиц, но его любила мама.

Франко мечтал, чтобы руки его возлюбленной пахли также.

Да что же с ним творилось? Волнение-волнением, оно объяснимо. Много сил вложено в помолвку с Софией, много надежд с ней связано. Всё понятно. Откуда страх? Она не Амелия. История не повторится.

Но телу было плевать на доводы рассудка. Год назад Франко возненавидел бывшую возлюбленную. Вернее, он возненавидел свой проигрыш в борьбе за неё. И теперь стоило чувствам проснуться, осторожно поднять голову с того дна, куда он их опустил, как моментально возникала реакция “нет”.

“Я больше не хочу страдать. Не хочу мучиться ожиданием. Ловить её взгляды, мысли, надеяться на поцелуй. Бездна! Да хотя бы на то, что она просто возьмёт за руку. Не оттолкнёт, не сбежит. Я больше не хочу чувствовать себя проклятым. Не хочу безумия!”

Оно началось с точно такого же волнения. С желания касаться тех же книг, что гладили её пальцы. С порыва везде следовать за ней тенью, сторожить под окнами."

"Год назад он влюбился и умер.

Умер, потому что любовь была безответной. Потому что ошибся. А вдруг с Софией всё повторится? Она всего лишь написала письмо, а он уже придал ему великий смысл. Зачем?

— Читай, — приказал Франко, резким жестом убирая письмо от груди. — Не пересказывай своими словами, а читай.

— Слушаюсь, — тихо ответил Анри и забрал конверт.

“Тёмных ночей, лин Гвидичи, — писала София. — Неудобно беспокоить вас, но мне нужна помощь. Чтобы сойти за кочевницу, мало одного наряда.

Языка, на котором больше никто не говорит. Скажите, а есть книги по их культуре? Я бы прочла те, что можно достать. В библиотеке Делири так мало. Всего лишь несколько упоминаний треянцев, а мне бы первоисточник”.

— Найди в моей, — сухо распорядился Франко. — Если вдруг не будет ничего стоящего, напиши историкам в академию. Треянцы кочевали до того, как осесть в Бессалии. Интересует тот период и раньше.

— Понял, — отозвался помощник. — Сделаю.

— Читай дальше.