Сестрички не промах

— Что значит «зачем»? Где мы будем жить?"

"— Вблизи родового гнезда, естественно. Мы сюда не бока отлеживать приехали, а трудиться.

— А спать в машине, что ли? — нахмурилась Мышильда, а я порадовалась — в отдыхе на дармовщину есть свои отрицательные стороны.

— Спать будем там, где добрые люди положат, — степенно ответила я. — Едем к родовому гнезду и попытаемся где-нибудь по соседству снять квартиру.

— Да там вокруг частный сектор и без удобств скорее всего.

— Отлично. Близость к природе меня вдохновляет.

— А меня нет.

— Как ты, интересно, думаешь, проживая в гостинице, производить раскопки?

Мышь об этом не думала, она обиженно посопела и заметила:

— Тогда надо остановиться и сориентироваться.

— Для начала предлагаю обзорную экскурсию по исторической родине, — сказала я.

Историческая родина очень понравилась мне и даже Мышильде, которой обычно нелегко угодить из-за ее врожденной склонности противоречить всему и всем.

— Красиво, — кивнула она, вертя головой во все стороны. — Давно наведаться надо было.

— Да, — согласилась я и притормозила. — Смотри, указатель на речной вокзал, значит, нам туда.

Мышильда извлекла карту.

— За поворотом должна быть улица Верхнеслободская, а чуть ниже наша — Гончарная или Чкалова, Бог знает как ее теперь называют.

— Сейчас узнаем, — заверила я. Новенькая вывеска радовала глаз. — Улица Гончарная, — прочитала я, испытывая некоторое удовлетворение оттого, что улице вернули ее старое название. — Дом семьдесят шесть, а наш седьмой.

— Значит, поезжай прямо. — Мышильде не сиделось на месте, она ерзала и была готова вывалиться в открытое окно.

Под лай собак и взгляды старушек на скамейках мы с шиком прокатились до тринадцатого дома, испытывая некоторое, вполне объяснимое нетерпение. Здесь улица делала плавный поворот, мы тоже сделали и ошалело замерли. Пятый дом смотрел на нас сияющими чистотой окнами, девятый тоже смотрел, правда, без сияющей чистоты, а вот седьмого не наблюдалось. Вместо него простирался пустырь, спереди заросший терновником.

— А где же он? — растерялась Мышильда.

— Черти слопали, — нахмурилась я. Дома в самом деле не было. Куда он мог подеваться?

Я выбралась из машины и подошла ближе к пустырю. Сзади раздался вопль и грохот ведер, я повернулась и увидела на тротуаре мужичка в трико, желтой майке и луже воды, он слабо дергал босыми ногами и таращил глаза. Два ведра катились по проезжей части.