Сердце Зверя. Том 3. Синий взгляд смерти. Полночь

Мелкие стычки переросли в общее побоище на левом берегу Данара. Больше трех сотен разбойничков сошлось на одном из местных пустырей; само собой, победа осталась за столичными, чем «Тень» не преминул порадовать Проэмперадора.

– Не понимаю, – посетовал Эпинэ. – «Пришлых» не понимаю… Допустим, ублюдкам надоело, что им мешают развернуться, вот и решили показать себя и свою силу. Но ведь глупо!

– Не то слово, Монсеньор, – буркнул вымотанный Карваль. – «Висельников» больше, они у себя дома и, что немаловажно, куда сплоченней скороспелого союза мелких провинциальных шаек.

– Неудивительно, – подхватил Мевен, – что схватка закончилась полным разгромом чужаков. Удивительно другое. Городское отребье – это вам не бергеры, а пришлые головорезы – никак не гаунау. Так за какими кошками и тем и другим резня?!

Рокслей равнодушно согласился: да, это странно и нехорошо, Карваль буркнул, что после фокуса с рынком местным ничего другого не оставалось: свой кусок у ворья принято отстаивать именно так, вот поведение пришлых, да, удивляет.

– Люди прямо на глазах озлобляются, только непонятно почему. – Дэвид, командуя остатками гвардии, с горожанами встречался нечасто, но перемены заметил и он.

– Устали, – решил сам уставший на годы вперед Никола, – а ее величество нам не заменить, что бы мы ни делали… Будь Оллария эсператистской, нам мог бы помочь его высокопреосвященство, а так мы одни.

– Эсператистским был Агарис, – напомнил мэтр Инголс. – Я бы дорого дал за новости из Гайифы. Если в происходящем есть логика, крысы из Паоны ушли раньше, чем из Олларии.

– Маркус Гамбрин мертв, – поморщился Никола. – Я готов допустить, что он получил какие-то сведения, но нам до них не добраться.

– Я спрошу Валмона, – Робер подтянул к себе лист бумаги и записал, что надо сделать, – но началось до крыс, хоть и после убийства… После смерти ее величества.

– Корабли тонут не потому, что с них уходят крысы. – Мевен по недавно взявшейся и довольно-таки противной привычке делано хохотнул. – Это крысы уходят, потому что не желают тонуть.

– Что грозило крысам в Агарисе? – отмахнулся Дэвид.