Недотрога для темного дракона (СИ)

— Девчонка возомнила, что я от неё без ума, а я, признаться, считал минуты до окончания этого кошмара под названием свидание.

Уголки чувственных губ немного опускаются, словно он чувствует свою вину. Слегка сутулится, сидя на столе, и буравит взглядом пузырьки на поверхности изумрудного отвара.

— В общем, я выиграл тысячу золотых и освобождение от курсовой. Флоранс была вынуждена сделать её сама. А на следующий день наплёл Майле, что мы не можем быть вместе, потому что я, как и любой уважающий себя дракон, жду Истинную пару.

"Кеннет делает паузу и тяжело вздыхает. Вижу, как чувство вины борется с наигранной беззаботностью, и до меня начинает доходить, что вся эта дурашливость и дерзость — всего лишь маска.

— Она начала преследовать меня. Заваливала записками с признаниями. Тратила всю стипендию на подарки для меня, а сама экономила каждый медяк. Подкарауливала везде, где только можно, а однажды, пока я был во дворце, забралась в мою комнату и притаилась под одеялом.

Дракон издаёт нервный смешок и прикусывает губу до болезненного шипения. Внимательно наблюдает, как я процеживаю отвар и разливаю в два мерных стакана.

— Будешь? — протягиваю один ему, и Кеннет без тени сомнений выпивает всё до последней капли.

— В общем, я пытался и по-хорошему, и по-плохому. Разговаривал с ней, флиртовал с другими на её глазах, а она не прекращала попыток добиться моего внимания. Знал бы ты, как жаловалась на неё Флоранс — Майла ей все уши прожужжала о своей несчастной любви.

— Не знала, что Флоранс способна дружить с другими девушками, — удивлённо подмечаю, выпивая горьковатый, вяжущий отвар маленькими глотками.

— Они не дружили, — поясняет дракон. — Были соседками по комнате, а в новом учебном году их расселили. Короче, не в этом суть. Незадолго до выпускного, Майла попросила меня встретиться с ней в уборной после занятий. Кстати, той самой, где ты нашла украденный артефакт. Но когда я пришёл, то застал её зарёванную, дрожащую, в разорванной блузке.

Чем дольше он говорит, тем тише становится его голос. Тем больше боли слышится в каждом слове.