Сердце не обмануть

— Что это? — не скрыв любопытства, спросила Татьяна, вскакивая с кровати.

Подойдя к столику, она заметила записку, написанную столь знакомым, четким почерком.

«С именинами, мой ангел. Прости меня, я был не прав. В коробочке мой подарок тебе, надень его на бал, чтобы я понял, что ты простила меня.»

Подпись представляла собой инициалы, которые так хорошо были известны Тане.

Открыв коробочку, она ахнула. На обрамлённой бархатом поверхности лежал кулон на золотой цепочке, который был так похож на её кольцо.

Желание одеть украшение посетило Таню, но только на мгновение.

Вспомнилась та красавица, которую она видела в летнем саду.

Порывисто закрыв коробку, она отвернулась от зеркала.

На дворе стоял полдень, поэтому решив, что уже пора собираться на бал, Татьяна велела Марфе подать платье.

Сначала последовали многочисленные нижние юбки, затем корсет.

Наряд, который на этот раз собиралась надеть Татьяна, сильно отличался от тех, которые она носила в последнее время.

Нежно розовый оттенок очень шёл к её бледной коже, вот только декольте было слишком глубоким для дебютантки.

Надев столь смелый наряд, она надеялась выказать всю обиду и горечь, накопившуюся за эти дни.

Марфа сделала ей причёску, заплетя тройную косу, которая возвышалась на пышном пучке — «коронке» из волос на затылке."

"Вертикальная форма прически поддерживалась с помощью скрытой проволоки. Спереди волосы были расчёсаны на прямой пробор, а над висками завиты в тугие золотистые локоны.

Решив не надевать кулон, Тата велела Марфе застегнуть на шее бархотку, подарок родителей на её шестнадцатилетие.

Камея, привязанная к алой ленте, была в форме розы, которой напоминала Татьяне саму себя. Нежная, как роза, она в тоже время была колючая, ибо у всякой розы есть шипы.

Своим поведением она открыто шла на конфликт, но ничего не могла с собой поделать.

Захватив агенду и кружевной веер, Татьяна всё же вернулась и взяла с собой шаль.

Небрежно накинув её на плечи, она спустилась вниз.

Гости ещё не приехали, поэтому Татьяна решила поговорить с Алексеем, теперь самое время.

Найдя его внизу лестницы, она не знала, как начать разговор. Неуверенно ступив на паркет, Таня взглянула на жениха.

Алексей встретил её огорчённым взглядом, не увидев свой подарок.

Он надеялся, что Татьяна пойдёт на примирение, но она, по видимому, решила объявить ему войну. Платье на ней нынче было настолько вызывающем, что Алексей сам едва сдерживал желания, которые давно посещали его.