Семья для нефтяного магната

— Здравствуйте, Анна Ивановна, рад видеть, — говорю абсолютно искренне.

— Здравствуйте, Константин Петрович, — тепло отзывается она и тут же переводит взгляд ко мне за спину. — Как дела? — интересуется опасливо.

— Здравствуйте, — заходит в приёмную Назима и подходит к своему столу, решительно стягивая с него листок бумаги. — Константин Петрович, вы будете не против, если я зайду? — спрашивает на надрыве.

— Что это у тебя? — перехватываю листок и врываю из ее пальцев. — Ммм… — читаю. — Прошу уволить меня по собственному желанию… Анна Ивановна, — поднимаю глаза, — когда там у нас окончательное решение по питерскому тендеру?

— Кажется, через месяц, — настороженно отвечает она и переводит взгляд с меня на Назиму.

— Видите, Назима Тимуровна… — со вздохом мну листок бумаги в кулаке. — Не могу вас уволить. Приступайте к работе и начните с кофе своему начальнику.

Разворачиваюсь и, игнорируя застывший на ее лице шок, ухожу в кабинет.

Меня трясёт. Я пока не понимаю с какой стороны браться за эту задачку!

Закрываю дверь, кидаю пальто на спинку дивана и, проходя мимо шкафа с документами, ощутимо прикладываюсь к нему лбом.

Сажусь за стол и включаю компьютер, заставляя себя работать. Презентация участников тендера состоится через неделю, а Филатов, как и предполагалось, узнав о том, что я собираюсь вести этот проект без его поддержки, отозвал половину поставщиков. В целом, просто мелкая пакость.

Через десять минут в дверь раздаётся стук.

— Войдите… — отзываюсь равнодушно, но сердце ускоряется. Очень боюсь увидеть в глазах Назимы отвращение или страх. Все остальное — решаемо."

"Но в кабинет входит Анна Ивановна. С ровной спиной и поджатыми губами пересекает кабинет и ставит передо мной чашку с кофе.

— Что-нибудь ещё, Константин Петрович? — интересуется холодно.

— Это диверсия? — ухмыляясь, смотрю на своего самого верного сотрудника. Да и, в общем то, человека.

— С чего вы взяли? — вздёргивает подбородок.

— Ни бутерброда, — развожу руками, — ни конфетки… Ни приятного аппетита…

— Вы не просили.

— Ладно! Сдаюсь! — поднимаю руки. — Поговорите со мной, Анна Ивановна, — прошу. — Пожалуйста…

Взгляд женщины теплеет, губы расслабляются.