Семья для нефтяного магната

 — Мусульманка не может стать женой православного.

— Я, кажется, тебя не об этом спрашивал, — рявкает Тихомиров. — Если моих детей будут любить или не любить, основываясь на их вероисповедании, я справлюсь сам.

— Я попробую, — сдаётся Саид. — В любом случае моя жена мне не простит, если мы не будем на вашей свадьбе. У неё по этому поводу свой пунктик…

С облегчением выдыхаю и выхожу из своего укрытия, открывая дверь в гостиную."

"Оценив эпичный видок Тихомирова начинаю тихо смеяться. Белая рубашка по пояс и трусы.

— Привет, — усаживаясь рядом с Костей на диван, машу рукой брату на экране компьютера. — Как дела?

Саид хмуро меня разглядывает.

— У тебя все нормально?

— Да… — киваю, прижимаясь к плечу Тихомирова.

— Ладно, это заметно, — откидывается брат на спинку рабочего кресла и слегка покачивается. — Как самочувствие?

— Уже все хорошо, — отвечаю с улыбкой. — Не переживай. Костя меня не обижает.

— Я постараюсь сделать то, что ты просил, — решительно говорит брат Константину.

— Не вопрос, — усмехается Тихомиров и немного отстраняется от меня, дотягиваясь до брюк, брошеных на спинку дивана. Достает из кармана маленькую коробочку и открывает ее передо мной, демонстрируя кольцо. — Мне кажется, что его очень сильно не хватает на твоём пальчике…

Берет мою руку и просто надевает украшение на безымянный.

Я перевожу восхищенный взгляд с переливающегося гранями камня на Тихомирова. Когда он успел его купить?

— Очень красиво, — шепчу, чувствуя подозрительное пощипывание в носу.

— Ой, не, это вы без меня, ребята… Позвоню, — добродушно фыркает Саид и отключает видео связь.

Константин кладёт ладонь мне на затылок и притягивает к себе, несколько раз мягко целуя в губы.

— Если хочешь вечером погулять, то сейчас мне нужно хорошо поработать.

— Мне, наверное, тоже пора включаться, — отвечаю смущённо.

— Если будет совсем скучно, то сходишь к Анне Ивановне и спросишь чем помочь. А я в душ и к Сапронову.

Совесть не позволяет мне отсиживаться без дела, и как только Тихомиров уезжает, я направлюсь в номер к начальнице. Конечно, сначала приходится сознаться в том, что у нас с Константином действительно все серьезно.