Семеро Тайных

У Олега вырвалось невольно:

— Подготовка к свадьбе! Сколько же времени прошло?

Старший долго считал, смотрел в небо, морщил лоб, загибал пальцы, наконец сообщил с глубоким удовлетворением:

— Да уже неделя почти!

— Неделя, — повторил Олег потрясенно. Его тряхнуло, ибо за эти дни прожил целую жизнь. — Всего-то неделя?

Старший взглянул с недоумением:

— Неделя... Что-то стряслось?

Олег погладил встревоженного коня по шее, пробормотал:

— Да нет. Ничего особенного.

Если не считать, добавил про себя, что исколесил.

.. правда, не на колесах, весь белый свет, двигал горами на севере, разрывал земную плоть на юге, был в сердце западных лесов, замерзал в краю вечных льдов! Если исколесил... э-э-э... искрылил, искрыластил гряду горных хребтов и бескрайнюю степь.

На стене блестели железные шапки двух стражей. Один крикнул хриплым от пьянства голосом, ворота без скрипа медленно и величаво растворились.

Прямоугольник входа показался темным на фоне яркого света там, во дворе, и когда кони проехали под аркой, всадники попали в сверкающее великолепие, ибо все пространство двора было вымощено плитами из белого мрамора.

Солнце дробилось в изгибах стен дворца, надстройках, переходах на уровне второго и третьего поверха, отблески падали вниз, здесь вспыхивали с новой силой.

Старший посматривал на Олега с усмешкой, неделю назад плиты были из простого гранита, но человек в звериной шкуре лишь сдвинул тяжелыми глыбами плеч:

— Слишком слепит.

Отвыкнете видеть дичь в лесу.

Старший сказал разочарованно:

— Так эти ж в лес не ходють... Да и где тут лес?

Олег соскочил с коня, в голосе было презрение:

— Вот-вот, что за страна, даже леса нет!

Он пошел вперед, а за спиной старший тихонько бурчал, что леса вообще-то есть, но далеко, у них не какая-то там дикая земля, у них царство, до которого всем остальным как до Края Земли, здесь даже по ночам не всегда слышно, как в лесу голодные волки воють...

Колоксай, все такой же красавец великан с золотыми волосами до плеч, бросился навстречу, распахивая огромные руки:

— Наставник!.

. Учитель!

На них смотрели с недоумением. Красноголовый не выглядел умудренным старцем, да и вообще на старца не тянул, а с виду оба по возрасту близки. Конечно, Колоксай так много пролил крови за свой короткий срок, что захмелел, и в душе проснулась жажда к тому, что достигается не мечом, чего железом вообще не добыть.