Семь снежинок на ладони

Чтобы не тряслись от мысли, что я держу какую-то магическую заумь, которую мне в жизни не одолеть, и потому придётся бедной Эмилечке провести здесь всю свою горемычную жизнь.

Магической литературы оказался целый ряд! Ряд! Это пять шкафов по семь полок в каждом. И на каждой – фолиантов по двадцать-тридцать, Годинов олень меня покатай! Это же кому так нечего было делать, кроме как книжки писать? Пошли бы заняли себя чем-нибудь полезным! Мир от чудищ спасли, не знаю. Сначала создали, а потом спасли. Мир от них.

Мне же одних названий почитать на полгода хватит! «Использование правила Клессон-Бьорклунда для построения краткосрочного предсказания: теория и практика». «Техники льдометания в условиях морского боя». «Сезонные и региональные особенности дозирования и распределения магосилы при проращивании семян на основе заклинания Зельдмана».

Где «Азбука магии в картинках» или «Инструкция по пользованию огнём для начинающих»?

Отчаявшись, я побрела к дивану.

Семьсот книг! Семьсот!

Я сойду с ума.

Остаётся одно – обратиться к эксперту.

Но прежде чем просить совета, что почитать, нужно всё же почитать, что посоветовали. Я вернулась в конец библиотеки, вытащила лестницу и попёрла её к красному томику. Хоть здесь мне повезло! Так сразу угадала!

Закрепив лестницу, я полезла наверх. В целом я могла понять, почему для лазанья по стеллажам использовался слуга. Платье всячески мешалось и путалось в ногах. Но понимание ситуации ничего не меняло: звать мо Йохана я не собиралась.

Потом был трудный путь вниз, и в середине я едва не навернулась. Я убрала лестницу и устроилась на диване. Примерилась, куда можно быстро спрятать книгу при появлении мо Йохана, положила на колени пресно-невинную историю какого-то ноя Манса, будто списанного с Олли, и приступила к знакомству с малоизвестным произведением Вилли.

Мне так незнакомым вовсе.

Пробежав глазами первые строфы, где воспевались красоты летних лугов у подножия Дворфовой горы, я задержалась на описании прекрасной Фрейн.

«Её златые кудри стан влекущий,Как пламенный любовник, обнимали.И сочные плоды персей высокихВ предвестье ласки сладко трепетали.Налиты негой бёдра, страстью – очи,Бредёт в подземный замокФрейн ночью».