Семь снежинок на ладони

Мама всегда говорила, что я – невозможна!

Я ещё раз внимательно прочитала последний абзац, пытаясь разгадать тайну своего рождения. Маг мог родиться безо всяких заклинаний, только если оба родителя были чистокровными, проявленными магами. Но моя мама не была магом. Она была обычным человеком. Значит, какой-то, с позволения сказать, одарённый специально провёл с нею этот ритуал, чтобы она родила меня.

Зачем?

Объясните мне, зачем?!

Зачем было зачинать ребёнка с опасным для окружающих даром, который совсем не к лицу девочке? Может, это был какой-то неопытный маг, который хотел сына, но не получилось? Да и сын на стороне ему зачем?

Этот вопрос не давал мне покоя.

Правда, пообщавшись – совсем немного пообщавшись – с герцогом, я стала лучше понимать свою маму.

Зато и её любовь к вранью становилась понятна. Если её обманул любимый, она могла разочароваться в людях.

И магах.

Но где бы она могла сталкиваться с магами? Нигде. Непонятно, где она нашла моего отца…

О! Это, кстати, мысль! Вот от этого и стоит отталкиваться.

Удовлетворённая наличием точки отсчёта, я вернулась к письму супруга."

"«Хотел бы ответить я так же: “это в жизни невозможно”, на ваш вопрос об отсутствии взаимных удовольствий между супругами, но, к сожалению, это бывает. И даже не редкость. Иначе не было бы измен, о которых мы с вами, милая Эмилия, как-то говорили. Со своей стороны я обещаю, что сделаю всё возможное, чтобы вам было хорошо. И прошу вас полностью довериться мне в этом. И если у меня не получится, – а я всё же надеюсь на лучшее, – мы попробуем вместе найти то, что вам понравится».

Звучало многообещающе. Если честно, кроме мамы, никто особо не старался делать то, что мне понравится. Не в смысле, что не пытался. Просто только маме удавалось находить то, что мне действительно было по душе. Правда, я тогда этого не ценила, потому что думала, будто так будет всегда. А остальные, кто пытался, делали то, что должно было мне понравиться – с их точки зрения.