Семейные тайны

Все ждали появления Дронго. Он вошел в двери, вежливо поздоровался и прошел к середине комнаты, встав рядом со столом, у того места, где несколько дней назад сидела хозяйка дома.

– Должен сказать, что мы действительно случайно встретились с фрау Эммой Вихерт в Баден-Бадене, – начал свой рассказ Дронго. – И она сумела вспомнить, что больше десяти лет назад, когда была еще студенткой местного вуза, она встретила меня во время расследования одного из дел, связанных с приездом курьеров из Багдада.

Тогда только начинались события в Ираке, куда вторгались американские войска. Но это были дела давно минувших дней.

Эмма чувствовала напряжение, которое царило в последние дни в семье ее старшей сестры и вообще в их семьях. Не забывайте, что сама фрау Вихер уже подала на развод и теперь не хотела даже, чтобы ее называли по фамилии мужа. Эмма пригласила меня в Берлин, куда я должен был все равно приехать для деловых встреч. Уже с первых минут моего появления в этом доме я обнаружил крайние противоречия, которые царили здесь на протяжении довольно длительного времени.

Было понятно, что подобные отношения могли закончиться очень печально, что, в общем, и произошло. Однако в случившихся убийствах был свой существенный нюанс, который при расследовании этих преступлений сбивал с толку не только меня, но и самого герра следователя, который полагал данное убийство простым и примитивным.

Менцель нахмурился, но не стал возражать.

Дронго продолжал:

– Все разговоры о том, что это могли быть непримиримые противоречия между родственниками, когда тяжелый характер погибшей Марты довлел над всем остальным, оказались несостоятельными, – сообщил Дронго. – К счастью, в наше время уже не убивают из-за законов чести, мести, из-за ревности и даже любви. И уж тем более не убивают из-за несовместимости характеров.

– Это мы понимаем, – не выдержал Берндт. – Может, вы, наконец, перейдете к главной теме вашего выступления?

– Обязательно перейду, – согласился Дронго.

 – Итак, за день до юбилея хозяйки дома здесь появляются ее зять и ее дочь, которые внимательно осматривают весь дом. К этому времени предприимчивый банкир уже знает, что цена дома может достигать четырехсот тысяч евро, а в библиотеке хранятся ценные фолианты, которые тоже можно продать.

– Какая глупость! – громко сказала Мадлен. – Мы даже не были в этой библиотеке.