Наследие Пламенных

Весь день думаю о том, стоит ли вручать его тебе.

— Давайте, — вздохнула Райга. — Наверняка ей тоже было трудно написать мне хоть что-то в день смерти всей ее семьи.

— Ты тоже — часть ее семьи. и ты — жива, — напомнил магистр, вручая ей конверт.

Райга бросила короткий взгляд на оттиск печати со змеей, осторожно прижала письмо к груди и замешкалась. Читать не хотелось совсем, особенно при магистре Лине. Тот, казалось, это понял. Эльф положил перед собой чистый лист и снова взялся за кисть. Райга с удивлением наблюдала как из под его руки выходят четкие ровные линии.

— Кажется, это единственное твое желание, которое я могу исполнить. Пробуй, если так хочется.

Райга взяла в руки лист бумаги и только после этого поняла, что на нем изображено. Это была схема очень сложного заклинания. Девушка пересчитала росчерки.

— Двадцать девять, — прошептала она. — Вы же не верите, что я смогу?

— В этом году не сможешь, вернешься к нему лет через пять, — беззаботно ответил наставник.

— Звучит, как «чем бы дитя не тешилось, лишь бы не плакало», - осторожно сказала Райга.

Магистр закатил аметистовый глаз и сказал:

— Девочка, один темный маг на вас всех плохо влияет. Ты тоже начинаешь слишком много говорить. Отправляйся в постель, уже перевалило за полночь.

Райга посмотрела на него из-под полуопущенных ресниц и прошептала:

— Спасибо.

После этого она встала и направилась к выходу. На пороге ей показалось, что магистр окликнул ее. Девушка обернулась, но обнаружила, что наставник поглощен письмом.

В своей комнате она открыла шкаф, и положила письмо от Эриги рядом со шкатулкой, которую оставила ей мать. Алый камешек, который дал ей Хунта лежал рядом. Райга какое то время смотрела на него и перебирала в памяти события Осеннего бала.

— Хунтабере Сид, — пробормотала она. — Он наверняка знает о магических ловушках все. Вот только смогут ли его знания помочь мне? И что он попросит взамен?

Глава 24. Идея

Листок с заклинанием, который дал магистр, манил Райгу.

Миран бросил взгляд в тетрадь девушки и спросил:

— Кажется, в этот раз переписывать домашку тебя заставит не только Ичби. Это просто нечитаемо.