Семь кедровых орешков. Смертница

— Дан прав, и Колин тоже прав, потому что без Двойника и Целителя вам там ничего не светит, — у принца Оливара Теней рода в поместье явно пруд пруди.

— Какой будет план, если мы возьмёмся за эту авантюру? — Дан выглядел очень мрачным. С остервенением он разрезал стейк на тарелке и создавалось впечатление, что и тарелку он тоже сейчас разрежет.

— Пока не имею понятия, — честно признался Май, тщательно пережевывая свой кусочек мяса.

— И угораздило вас снова наткнуться на эту девку! — в сердцах недовольно воскликнул Дан и отшвырнул от себя столовые приборы.

— Это какие же? — процедил Колин, прожигая друга недовольным взглядом. — Она не сдала нас, никому ничего не рассказала о нашей выходке. И сейчас разве виновна, что Май и Мик стали свидетелями беспредела, устроенного принцем? Она даже не знает о предложении Роннигуса.

— После встречи с ней ты сам не свой, — обвиняющее произнёс Дан, впиваясь в Колина взглядом. — Стал другим.

— Это каким же? — холодно ответил оборотень.

— Елению, — передразнил Дан, а Колин нахмурился. — А кого ещё?! — процедил недовольно Дан. — Не жена, не любовница, даже не девушка твоя, а ты словно помешался!

Май, Мик и Анатоль переводили хмурые взгляды с одного друга на другого, но не вмешивались. Эти двое стали лучшими друзьями между собой, и не так давно между ними словно «собака пробежала» — давно пора им выяснить между собой отношения.

— Я не помешался, — сдержанно ответил Колин Мароу. — Только ничьи запахи меня теперь не привлекают, а для оборотня запах — это главное в девушке. И ты это знаешь, потому что ты ... мой друг, — с нажимом добавил оборотень. — То, что предложил Роннигус, конечно, опасно, — серьезно  продолжил он. — Но вспомни военную присягу, которую мы давали при поступлении на военную службу. По своему значению она стала нравственным и боевым законом нашей жизни, подлинным кодексом поведения военного мага.

Дан насупился ещё больше, а Май вдруг встал и тихим голосом стал произносить слова Воинской присяги, приложив ладонь правой руки к сердцу:"

"— Я торжественно присягаю на верность своей империи. Клянусь свято соблюдать ее законы, — все члены боевой пятерки тоже поднялись и теперь по очереди уверенно присоединялись к повторению присяги: — Строго выполнять требования воинских уставов, приказы командиров и начальников.