Семь кедровых орешков. Смертница

***Прошло уже два дня, как делегация из Ровении разместилась в лесу, недалеко от Главного дома, где проживала Верховная Фурия, и госпиталя, где находилась Мадлен.

Эдвард возвращался с водопада, в котором искупался, потому что другой возможности освежиться у него и его людей не было,  когда заметил в лагере знакомую светлую головку Елении. С ней он расстался всего час назад, но сейчас худенькая, изящная, светловолосая фигурка беспокойно металась по лагерю, скорее всего, в поисках него. Сердце защемило: с какой новостью девушка ищет его?

Эдвард вышел из-за деревьев и замер на окраине лагеря, боясь сделать ещё один шаг.

— Господин Эдвард! — бросилась к нему Еления, как только увидела.  — Она пришла в себя! — выдохнула она, а огромные прекрасные глаза на уставшем личике засияли от счастья.

Да, эта малышка определенно любит его Мадлен! На сердце отлегло: как же он оказывается испугался, что новости могут быть плохие.

Потом Еля еле успевала бежать за широким шагом Данери, который, не теряя времени, отдав распоряжения в лагере, сразу направился к госпиталю.

"— Как Мадлен чувствует себя? — с опаской, наконец, спросил Елению, с трудом поспевающую за ним. Но замедлить шаг он не мог и не хотел.

— Очень слаба, но всех узнаёт и все помнит, — ответила Еля с видимым облегчением, и Эдвард понял, что тоже почувствовал невероятное облегчение, потому что очень боялся того, что Мадлен придёт в себя и ничего не вспомнит, — целители Ровении предупреждали его о подобном.

Последние дни понимание того, что Мадлен может забыть и его, как Елю, приводило Эдварда в ужас.

***Когда они зашли в палату, Мадлен уже заснула. Эдвард присел рядом на табурет и попросил Елению оставить их. Он хотел остаться наедине с любимой женщиной, когда она откроет глаза и узнает его.

После ранения Мадлен выглядела ужасно, постарев сразу лет на десять. Ранее прекрасная алебастровая кожа теперь чуть ли не просвечивала и плотно обтягивала скулы, словно пожелтевшая пергаментная бумага, огромные темные круги под глазами, запавшие щеки, бескровные губы, выцветшие волосы.

Когда Эдвард впервые увидел её, то испытал ужас, который ранее никогда не испытывал.  Он неожиданно понял, что мог, действительно, её потерять. Тогда ком застрял в горле, и несколько минут он не мог говорить, а когда протянул руку к Мадлен, чтобы дотронуться до неё, то увидел, что его пальцы дрожат.