Семь кедровых орешков. Смертница

 — Я сказала ему, что, если стану женой, то других женщин не потерплю рядом с ним, он же сослался на традиции Ровении и отказался выполнить мое условие,  — она замолчала и задумалась.

— Он женился?  — невольно Май заинтересовался историей фурии-целительницы.

— Нет, не женился. Все гулял, а потом, когда понял, что не может без меня, стало поздно  — во мне перегорело всё. А он так и ждёт меня. Все ещё. Только, что уж теперь... Старая я уже.

Фурия вздохнула, закончила перевязку и глаза в глаза уставилась на мага, а Май поразился, какие серьезные и грустные у нее были глаза, и сколько было морщин-лучиков, обрамляющих эти самые глаза.

— Вы вышли замуж?

— Нет.

— А как же семья и дети?

— Семья? Пародия семьи, хотел ты сказать? Такой семьи я не захотела. А дети... — Фурия загадочно улыбнулась. — Дочка у меня есть. Умница-красавица, и внуки тоже есть.

— Откуда?

— Оттуда же, что и все дети, —  рассмеялась целительница. — А у моего бывшего возлюбленного одни парни от любовниц, а про дочь он не знает.

— Это месть такая? — нахмурился Май, не понимая.

— Месть? — Фурия задумчиво посмотрела на него. — Наверное, совру, если скажу, что нет. Да, небольшая месть. Что нам женщинам остаётся, когда мы сталкиваемся с вашим эгоизмом и твердолобостью? Наверное, мстить. Каждая, как может.

— Но ведь многих устраивает семья, в которой есть и жена, и ластана, — упрямо произнес парень. —Сколько лет так все жили. Много поколений. Что сейчас изменилось?"

"— Многих? — притворно удивилась фурия.

Майстрим поднялся с кушетки, на которой полулежал, пока его осматривали и делали перевязку, и сверху вниз посмотрел на целительницу.

— И что вы мне посоветуете? — и замер, чувствуя, что ответ Фурии сыграет определённую роль в его судьбе.

— Пока не поздно, сделать все возможное, чтобы ваши зарождающиеся чувства не расцвели,  — строго ответила Фурия и тяжело вздохнула.  — Потом и поздно будет, и больно тоже.

— Наши?  — голос Мая невольно охрип.