Семь кедровых орешков. Смертница

Но, видимо, Май почему-то подумал, что тот мёртв, и занялся остальными «невидимками».

— Эдвард выпустил магические боевые заклинания для Жнеца, потом сразу же защитные для Мая, но тот Жнец отбил их, словно они были игрушечными, и запустил в Мая свои кинжалы. Эдвард мгновенно запустил в Мая заклинание, которое отбросило его в сторону, но два кинжала успели попасть в бок и плечо, оставшись в теле. Три пролетели мимо и вернулись к Жнецу. А те почернели и впились в тело Мая, растворившись в нем.

— Наш Двойник накинулся на Жнеца, но тот что-то сделал с ним, Эдвард замер, а тот.

— Проткнул его другими кинжалами... с другой руки, — тихо прошептала Мадлен, закончив рассказ за военного мага.

— Да. Только он их вытащил. Все. Мы его окружили, стали наступать, а он бросился в толпу дерущихся и исчез.

— Исчез? — ошеломлённо уставилась на него Фурия. — Но как это стало возможным?!

— Мы так и не поняли, — с досадой признал Анатоль, и в этот момент появился Диннар в белом халате, очень хмурый и очень уставший.

Мужчина присел рядом с Мадлен.

—  Полог тишины, — устало попросил он Анатоля.

— Уже, — серьезно ответил тот."

"Несколько пар глаз впились в осунувшееся и суровое лицо полицейского.

— Жить будут. Оба, — наконец выговорил Диннар. —  По три целителя на каждого несколько часов боролись за их жизни. Но выздоровление будет проходить  тяжело, а реабилитация станет долгой.

Мадлен почувствовала, как сердце пропустило удар, затем ещё один, и стало вдруг легче дышать. Реабилитация? Легко! Она справится с этим! Значит, Эдвард Данери будет жить?! Вот это он зря! Она ему покажет, как пугать ее! В головке Мадлен стали зарождаться разные идеи, одна лучше другой, как отомстить коварному военному за те переживания, что мучили ее последние несколько часов.

Но, похоже, что это были не все новости, потому что выражение лица Диннара оставалось очень мрачным.

—Что-то ещё случилось, Диннар?

— Со мной связалась жена Тинара Кордениса, — странным заторможенным голосом ответил Диннар и замолчал. С удивлением Мадлен вдруг поняла, что ярость переполняет его,  и  брат с трудом говорит.

— Жена Главы полиции? — тихо уточнила она, а Дин кивнул.

— По моей личной связи с Тинаром. Она сообщила, что её муж арестован в столице, а её и детей ссылают в срочном порядке на крайний север империи в какую-то  дыру.