Семь дней до Мегиддо

Мы дружественны к людям и переживаем за человечество. Ты вызываешь во мне симпатию, я желала помочь.

– Желаешь помочь – так помоги! Кто посылает монстров?

– Не мы, не Инсеки, не Продавцы. У всех есть свои интересы, уничтожение Гнезд никому не нужно.

– Но это и не люди…

– Не люди, – согласилась хранитель.

– Да я всё давно уже понял, – сказал я. – Чего тут понимать-то. Кто-то еще прилетел! Пытается нас захватить, верно?

Хранитель медленно покачала головой.

– Никто не прилетал после Продавцов, Максим.

Я понял сразу.

– Они… давно уже тут? Инсеки прилетели на Землю, когда здесь уже кто-то был? Да? Так? И те, кто был раньше, – пакостят?

Хранитель молчала.

– Нет, для пакостей как-то мелко, – пробормотал я. – Дело не в этом… Тут уж я не ошибаюсь, я умею считать. Сколько вас в Гнезде? Всех, от куколок до матери?

Я не ждал каких-то чисел, но хранитель ответила:

– В Гнезде две тысячи триста шесть Измененных."

"– Ясно, – сказал я. – Примерно так и думал. А сколько умирающих вы принимаете в год?

Вот теперь она промолчала.

– Важно не то, что есть, а то, чего нет… – сказал я. – То, чего ты не видишь… К вам привозят не меньше тысячи детей в год. Я, прежде чем пришел, поговорил с дорожной полицией. Знаете, когда есть удостоверение консультанта отдела «Экс»… им хочется выговориться. Работа скучная, народ не любит ездить мимо Гнезда… но «скорая» приезжает каждую ночь. Иногда и две. Ваше Гнездо самое старое в Москве. Тут должно быть тысяч десять Измененных… где они, хранитель? Где ваши братья и сестры? Что вы с ними делаете?

– Не лезь в наши дела, человек, – сказала хранитель.

И я вдруг услышал в ее голосе эмоции. Боль, тоску, бессилие.

Может быть, я случайно пробудил в ней человеческие чувства, сказав то, о чем хранитель сама не хотела думать. А может быть, чувства всегда в ней были – с того момента, когда она (или он?) получила свою первую порцию мутагена.

Просто спрятанные от всех, чтобы было легче жить.

– Хоть чем-то помогите, – сказал я.

– Мы – не люди! – резко сказала хранитель.

Пробил я ее, разозлил!

– Все мы – люди!

Стражи заворочались, глядя на хранителя. Я подумал, что, если она сейчас прикажет, мне отвесят такого пинка, что я до метро докачусь.

– Чего ты хочешь?

– Справиться с монстром.

– Человек не сможет. Измененный тоже не сможет.

– Хоть что-то! Шанс!

Хранитель опустила руку к бедру.