Семь дней до Мегиддо

Рядом, отставая на шаг, вошел в зазеркалье Виталий Антонович.

Они отошли буквально на полметра, когда Виталий Антонович повернулся направо и автомат в его руках загрохотал.

Вот это было громко!

Я вдруг понял, что во всем снаряжении не хватало еще одной полезной вещи – наушников.

Елена тоже дважды выстрелила. Потом переломила стволы и принялась менять патроны.

Виталий Антонович тоже прекратил стрельбу, стоял напряженно, пригнувшись и явно колеблясь.

Мы видели только их, во что они стреляли – понять было невозможно.

Юрий и Василий, сбросив оцепенение, бросились внутрь и чуть не столкнулись в проеме.

Я рванулся следом и едва не поскользнулся на осколках «зеркала». В комнате было очень жарко, влажно, пахло кислятиной и дерьмом.

За мной вбежал деда Боря.

И только когда мы оказались внутри потайной комнаты, я увидел, куда они стреляли.

Это было длинное узкое помещение между основным зданием и пристройкой, мы вошли почти с торца. Шириной комната оказалась метра три, зато тянулась вдоль всей клиники, метров на десять.

А вот дальше комната напоминала одновременно лавку мясника и камеру пыток.

С потолка свисали металлические цепи с крюками на концах. На них были рядком подвешены люди, грубо наколотые на крюки в районе плеч. Они все были живы, но выглядели совершенно по-разному.

Ближе всего к нам была голая молодая женщина.

– Помогите…

На следующем крюке тоже висела женщина, только руки и ноги у нее удлинились, а тело слегка распухло. На третьем крюке был мужчина – у него и голова увеличилась, распухла, покрылась густыми волосами. На четвертом тоже мужчина – еще сильнее трансформированный, на боках, под руками, набухали какие-то бугры.

Это был целый инкубатор монстров, подобных тому, что нападал на Гнездо!

А перед ним, заслоняя от нас, стоял еще один монстр.

Совсем уж похожий на полноценного, высоченный, только средние лапы еще были коротковаты и ладони не сильно больше человеческих.