Счастлива по умолчанию (СИ)

Я задрожала, не понимая своей бурной реакции на это мужское прикосновение, но совершенно точно принимая – поздно.

- Иди ко мне, разговорчивая! Боже, Наташка! - простонал Беркутов через минуту, когда мы вынырнули на поверхность после нового поцелуя, вовсю тиская мои ягодицы. – Я думал, мне кажется. Не может такого быть, я же не пацан. Но когда ты вчера меня гладила, я чуть не кончил! Так хотелось, чтобы твоя рука оказалась в моих штанах.

- Фу, пошляк, молчи! А-а-а… Осторожно, ты меня сомнешь! – сосед стянул с меня пижаму и отшвырнул на пол.

- Не могу! Мне твоя грудь уже во сне снится!

- Не рви, извращенец! Дай сама расстегну!

Тем временем Халк снял с меня пижамные брючки и потянул с бедер белье, не целуя, а скорее сминая ртом грудь и, ей богу, при этом порыкивая.

Ну что за мужик такой! Совершенно дикий! Еще и бесстыжий, даже разрешения не спросил!

А может, к черту разрешение? Во мне и самой уже через край билось желание, да такой силы, что весь мир отступил в тень. Я выдохнула имя соседа и потянулась к боксерам.

- Сейчас, Фея! – опомнился Халк и, перекатившись на бок, стащил их с себя. – Сейчас, милая!

Наклонившись к тумбочке, он стукнул дверцей, видимо, доставая презервативы. Я услышала шелест фольги и… Егор вернулся. Уже?

Накрыв собой сверху, не стал томить, раскинул мои ноги и, не стесняясь, погладил низ живота, припадая губами к груди и приучая к своим пальцам.

Потом, все потом! Я нетерпеливо сжала руками широкие плечи, давая понять, что не могу ждать.

- Надо, Наташка, поверь! Еще немного! Тебе понравится, обещаю!

Но я все равно задохнулась:

- Это что там у тебя, Беркутов?.. О-он?!

- Ну да, - бесстыже прижался ко мне Халк, улыбаясь в висок. – А чему ты удивляешься, Фея? Я тебе не твой бывший.

- А откуда ты знаешь, какой Жо…

Елки палки! Искры зажглись перед глазами и вспыхнули звездами! Вот это да-а-а-а-а-а….

Похоже, я выкрикнула вслух, выгнувшись дугой и впившись пальцами в спину боксера, но сдержать эмоции не вышло.

Упершись лбом в подушку, Егор держал меня за ягодицы и надвигал на себя.

- Боже, Наташка, какая ты мягкая! И нежная. Точно ведьма!

- А-а-а…

- Тише, моя сладкая! Брата разбудишь.

Брата? Какого брата? Подкатывающее удовольствие обещало быть скорым, сильным и пронзить насквозь. Я не могла ни о чем думать, я стонала, как кошка. Никогда со мной такого не было.

Мы оба взмокли, прижались друг к другу и… кончили.