Счастье с отсрочкой

Он протянул руку к моей щеке и нежно погладил ее. Я закрыла глаза, сделала глубокий вдох, прогоняя прочь панику, и вновь посмотрела на Дэниара.

Капельки воды драгоценными камнями сверкали на загорелой груди мужа. Внезапно мне захотелось провести ладонью по его золотистой коже, ощутить под рукой упругие мышцы, задержаться на плоском животе…

– Можно я прикоснусь к тебе?

– Только если тебе этого хочется, – хрипло отозвался Дэниар.

Огонь, полыхнувший в его потемневших глазах, придал мне решимости. Я придвинулась к мужу и положила обе ладони ему на плечи.

Несмотря на многочисленные шрамы, его кожа напоминала бархат, натянутый поверх стали, и была приятной на ощупь. Дюйм за дюймом мои руки прокладывали дорожку вниз, поднимались вверх, нежно поглаживали бугристую грудь и вновь устремлялись к животу. Увлеченная неспешным изучением, сама не заметила, как мои пальцы оказались у полотенца.

Румянец незамедлительно опалил щеки. Я подняла голову и увидела в глазах Дэниара бушующее пламя. Его грудь поднималась от тяжелого прерывистого дыхания, как если бы муж в одиночку разгрузил почтовую карету.

Неужели на него так подействовали мои прикосновения? Желая проверить, я коснулась пальцем края полотенца…

Дэниар тотчас подался корпусом вперед и заключил мое лицо в ладони. Мучительно долгое мгновение мы неотрывно смотрели друг на друга, а затем муж коснулся губами моих губ. По телу пробежали приятные импульсы, побуждая меня вступить в игру, однако я продолжала изображать из себя бесчувственную куклу и прислушиваться к ощущениям.

Чем дольше Дэниар целовал меня, тем сильнее мне хотелось ответить. Не выдержав, я приоткрыла губы и в тот же миг почувствовала прикосновение бархатистого кончика языка к своему языку. Притворяться мраморной статуей больше не было ни сил, ни желания, и я последовала примеру мужа. В тот же миг Дэниар издал хриплый гортанный звук, вероятно, выражая удовлетворение, и его рука соскользнула с моего лица на грудь. Ощутив глубоко внутри пугающий трепет, я тихонько всхлипнула.

Муж отстранился и взмахом руки погасил все лампы, погрузив спальню во мрак.

Спустя мгновение он отыскал на ощупь мое запястье, поднялся с дивана, увлекая меня за собой, заключил в кольцо теплых рук и снова прижался губами к моим губам.

На этот раз поцелуй вышел требовательным и не имел ничего общего с тем нежным. Дэниар перешел в более активное наступление. От его напора у меня закружилась голова и подкосились ноги. Несмотря на крепкие мужские объятия, я нуждалась в опоре.