Счастье с отсрочкой

И завтра, судя по всему, будет не легче. Нам следует хорошенько отдохнуть. Ложись, я посплю в другой комнате."

"Даже не пожелав мне спокойной ночи, Дэниар развернулся и направился к двери.

– Не уходи! – воскликнула я, вскочив на колени, и с мольбой продолжила: – Пожалуйста. Вдруг он вернется. Мне страшно…

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Муж не произнес ни слова в ответ. Несколько мгновений он просто стоял, словно раздумывал, как лучше поступить, затем молча скрылся в ванной комнате.

Я с тяжелым вздохом откинулась на подушку и уставилась в потолок. Пусть мне удалось одержать верх в небольшом раунде, до полной победы было далеко. Как разговорить мужа и узнать, что произошло пять лет назад? Откуда у него моя брошь, пропавшая накануне свадьбы? И почему он считает меня виновной в своих несчастьях?

Не прошло и пяти минут, как дверь открылась, и появился Дэниар. Он вышел из ванной в одном полотенце вокруг бедер.

Несмотря на свою полуобнаженность, Дэниар не торопился ложиться. Сначала он налил в ладонь немного одеколона и легонько похлопал себя по гладко выбритым щекам, затем стал расчесывать гребнем волосы. При малейшем движении Престона бугры мышц перекатывались под его загорелой кожей, покрытой множеством тонких, как белые нити, шрамов.

Дэниар положил гребень на столик, бросил на меня мимолетный взгляд и только потом потушил лампы. Я видела, как белое полотно соскользнуло с его бедер и легло на изножье кровати. Но в комнате царила такая темнота, что ничего больше нельзя было рассмотреть.

Матрас прогнулся, и муж лег с противоположной стороны кровати.

– Спокойной ночи, – пробормотал он и натянул до пояса одеяло.

– Спокойной ночи, – прошептала я еле слышно, опасаясь потревожить то шаткое перемирие, что в итоге мы заключили сегодня. Удастся ли нам сохранить его и завтра?

Супруг повернулся на бок, взбил подушку, устроился поудобнее и затих. Вскоре его дыхание стало ровным и глубоким. Намаявшись за день, он крепко уснул. Хотела бы я последовать его примеру и забыться мертвецким сном, но глаза не желали закрываться.