Счастье с отсрочкой

Поэтому давай положим вещи в ридикюль, спустимся в гостиную, по-быстрому попьем чая и пойдем домой. А в твоей комнате без спешки все хорошенько рассмотрим. Договорились?

Я чувствовала, что со дня на день мы найдем вторую часть карты, поэтому мне не терпелось поскорее изучить найденные вещи, однако пришлось уступить Дэниару. Он был прав. Не стоило подвергать опасности ни его родителей, ни Алекса. Хватало того, что мы ходили по острию ножа.

***

Особняк Престонов мы покидали в такой спешке, что на лицах его хозяев отразилось искреннее недоумение.

Если у леди Харриет и лорда Камерона и закрались на наш счет недобрые мысли, то они тактично промолчали. В отличие от них, Алекс не смог удержать язык за зубами:

– Думаю, мама, тебе недолго осталось горевать насчет отсутствия внуков, – проговорил он, посмеиваясь.

Я одарила друга таким взглядом, что если бы могла, то превратила бы его в горстку пепла. Но тому все было нипочем. Ничего, Алекс. Месть – блюдо, которое подают холодным! Вот придешь к нам в гости – и отведаешь его сполна!

Домой я шла не прогулочным шагом, а почти бежала.

Любопытство заставляло меня с немыслимой скоростью переставлять ноги. Дэниар лишь тихонько посмеивался, но не сказал ни слова в упрек.

Едва мы оказались в комнате, я сбросила туфли, взобралась на кровать и вытряхнула содержимое ридикюля на покрывало.

– Предлагаю разделиться, – проговорил муж, расстегивая пуговицы на жилетке. – Я беру тетрадь, ты изучаешь содержимое мешочка. Идет?

Вместо ответа я протянула Дэниару упомянутую им вещь.

Он нетерпеливо забрал у меня тетрадь и принялся листать пожелтевшие страницы.

– Хм… – протянул муж, тем временем как я попыталась развязать мешочек. – Это дневник. Почерк у моего прадеда ужасный, но разобрать можно. Послушай, что тут написано: «До чего мне опостылел Алюрен с его недалекой и скучной серой массой. Наконец-то я вырвался из дома и могу вдоволь насладиться свободой. Жена, ребенок… Я их, конечно, люблю, но сын еще маленький, чтобы брать его с собой, а Брианна никогда не разделяла моей любви к путешествиям и приключениям.

Поэтому я снова плыву один, вернее, в компании моего старого знакомого Фредерика Линдлена. Хитрый и ужасно жадный человек, зато превосходный целитель…»

– Целитель? Там так и написано? – невежливо перебила я мужа.

– Да, а что такое? – в его голубых глазах отразилась озадаченность.

– Странное совпадение получается, – пробубнила я, позабыв о мешочке. – Твой прадед погиб от рук целителя.