Счастье любой ценой

Я не понимала, почему я всё слушаю этого сумасброда вместо того, чтобы просто послать его и пожаловаться Славе.

— Не приходи больше к нам в гости. Я не хочу видеть тебя в нашем доме…

— В вашем? — хмыкнул Владимир. — Только не забывай, что и половину денег на покупку дома Славке одолжил я. Половину всего. Может, стоит забрать у брата лучшую половину?

Я сглотнула, отодвинувшись от Владимира: провокация была чересчур дерзкой и откровенной, чтобы игнорировать её.

Ещё глупее было бы поддаться ей. Но я уже поддалась, чувствуя, что проигрываю.

— И не надейся, Владимир. Этому никогда не бывать. Ты мне не симпатичен.

— Я — внешняя копия Славы! — возразил Владимир. — Так что я тебе симпатичен.

— У тебя другое нутро. И в этом ты проигрываешь Славе.

— Странно только, что ты ни слова не сказала о любви, — рассмеялся Владимир. — Наверное, ничего странного в этом нет. Особенно если учесть, что и Слава любит поскольку, постольку.

— Ты сочишься неприязнью, Владимир. Я расскажу Славе о тебе.

— Слава не поверит.

— О, а ты уже собираешься уходить, что ли? — услышала я голос Славы.

Он уже вернулся и выглядел расстроенным. Слава не замечал, какой надменный тон у Владимира, просто не обращал на это внимания.

— Увы, брат. Пора!

Владимир пожал руку Славе и поцеловал меня в щёку на прощение, усмехнувшись.

На этом пристальное внимание брата мужа не прекратилось. И позднее случилось непоправимое…

Глава 8. Янина

Слова Владимира посеяли смутные сомнения внутри меня.

Я понимала умом, что у Владимира был свой корыстный интерес в том, чтобы пошатнуть доверие в нашей паре и поссорить нас.

Но сердцем начала искать подвохи в поведении Славы. И Владимир оказался прав.

Я всегда знала, что Слава легко общается с противоположным полом, балансируя на грани дружественной беседы и флирта.

Сейчас, как назло, я подмечала всё: и много женских контактов в телефонной книге, и разговоры по телефону с кем-то из сотрудниц, проходившие на позитивной и слегка кокетливой волне.

Я начала ревновать, кусала пальцы и уверяла себя, что нет поводов для ревности. Но поводы находились.

Как мне казалось, за всем ними маячила тень самодовольной ухмылки Владимира, словно говорившего: «Я был прав».

Последней каплей стала командировка Славы в другой город.