Счастье любой ценой

Мне было неприятно разговаривать с ним таким.

Я вдруг поняла всю безнадёжность своих тайных мыслей.

Чёрт.

Я идиотка. Как после всего, что было, Володя обрадовался бы мне и моему обществу? Да никак.

Вот он — простой ответ, лежащий на поверхности.

Володя был нужен мне. Но я остро и болезненно осознала это только сейчас, когда уже потеряла его. Навсегда."

"— Извини, что побеспокоила тебя. Этого больше не повторится, — заставила я себя сказать.

— Не зарекайся! — резко оборвал мои слова Владимир. — Но, если уж ты позвонила, сделай для меня кое-что?

— Что?

— Сама не догадываешься? Я сидел в клубе, отдыхал после трудной недели.

Моё лицо полыхнуло.

— Извини. Всего…

— Нет уж, подожди! — перебил меня Владимир. — Почему бы и нет? Голосок у тебя такой же сладкий, как раньше. Я буду рад заняться хотя бы сексом по телефону. Пошепчешь мне немного непристойностей?

— Похоже, ты меня с кем-то перепутал, Владимир.

— Не-е-ет… Я ни с кем тебя не перепутал. Ты уже делала это. Очень сладко и возбуждающе. Давай прямо сейчас? Как в тот раз? Почему бы тебе не сделать мне приятное в ответ?

— Лучше верни шлюху или навести будущую жену. Желаю тебе счастья, Владимир. Извини, что побеспокоила.

— Не хочешь? — цыкнул Владимир. — Жа-а-аль. И я тебе в свою очередь желаю счастья.

— Такого же, как у тебя?

— Нет, Янина. Будь счастливее меня. Теперь у тебя есть всё для этого…

Глава 53.

Тот разговор был единственным.

Больше мне не хотелось ни звонить, ни писать Владимиру.

Вернее, хотелось. Но Володя дал понять, что больше не заинтересован ни во мне, ни, тем более, в моём ребёнке.

Крохотный Илюша стал только моим. Как я того и хотела. Володя сдержал своё слово, но хлёстко ударил им меня по лицу.

Хотела? Держи!

Из роддома меня встречали всё те же мои родные: Стас и Алёна с маленькой дочкой Ниной. На некоторое время приехала моя мама.

Мама ничего не сказала мне о ребёнке. Хотя я почему-то думала, что она непременно сделает мне замечание: ребёнок не мог быть от Славки. Сроки не совпадали. Все это прекрасно понимали.

Но мама лишь улыбнулась крохотному комочку, взяв его на руки. Я была ей благодарна за это. Первые две недели мама жила с нами, потом ей пришлось уехать к себе: за домом и хозяйством она просила приглядеть соседа. Но не навечно же.

Так мы и начали жить вдвоём: я и сынишка.