Сбылась мечта бегемота

Уверена, скоро врачи найдут средство от его недуга, он вылечится, и тогда я смогу спокойно умереть. А пока мне надо держаться». Вот про Казакову ничего не скажу, я ее практически не знала. Вдруг все смерти – отголосок той истории с Заремой? Вдруг…

Марина Арнольдовна закрыла рот ладонью.

– Договаривайте, пожалуйста, – попросила я.

Волоколамская легла грудью на стол и зашептала:

– У Виктора инфаркт случился в пять утра. Вечером, накануне, они с Сергеем беседовали, думали, как студентов спасти. У ректора нервы не выдержали, он заорал: «Непременно найду Зарему! У меня есть знакомые, которые девку хоть из-под земли достанут.

Кажется, у моей собеседницы началась истерика, и я, чтобы вернуть ее к реальности, спросила:

– Вы сказали, что Бубнов умер. Откуда у вас эта информация?

– Мужу Макинтош сообщил, – пояснила Волоколамская.

– Думаю, Леднева об этом знала, – протянула я.

– Конечно, – подтвердила Марина Арнольдовна. – А почему вы интересуетесь?

– Просто так, – ответила я.

Глава 17

Домой я приехала усталая, голодная и увидела на кухне Аню с комком розового искусственного меха в руках.

– Тетя Таня, смотри! – закричала девочка. – Красивый Силу получился?

– Подожди секундочку, – попросила я.

– Тебе не нравится? – нахохлилась Анечка.

– Силу прекрасен, – покривила я душой, распахивая шкафчик. – Извини, милая, очень хочется чайку выпить.

– А как тебе его глаза? – не утихала Нюся.

– Просто великолепны, – заверила я, не поворачивая головы. – Интересно, куда подевалась банка с заваркой? Она всегда на второй полке стояла.

– Взрослые вечно врут, – отрезала Нюся.

Я обернулась.

– Ты о чем?

– У Силу пока нет глазок, а ты их похвалила, – надулась Анечка.