Сбылась мечта бегемота

 – Алина, сколько лет вы прожили с Андреем?

Женщина открыла рот, но спутник ее опередил:

– Алинка в больнице работала, куда привезли Крапивина, не помню, сколько лет назад.

– Десять, – робко уточнила Алина, – в этом году юбилей.

– На улице его подобрали, – продолжил Гена. – Одет чисто, не воняет, сам аккуратный, с портфелем. Люди подумали, что человеку плохо стало, и «Скорую» вызвали. Алкоголем от него пахло, но дело под Новый год было, решили, что мужик с корпоратива возвращается, силы не рассчитал, до квартиры не добрался.

– Бомжей «Скорая» брать не любит, – подпела Алина, – после них дезинфекцию делать надо.

– Не перебивай, – приказал Гена.

– Извини, – прошептала Алина.

Я стряхнула со скатерти крошки.

– Геннадий, я хочу послушать рассказ вашей подруги.

– Она не умеет последовательно события излагать, вы не поймете сути, – попытался надавить на меня полицейский.

– Съем пару пирожков, выпью чаю и разберусь, – пообещала я. – Не мешайте, или я попрошу вас уйти.

– Гена хороший, он обо мне беспокоится, – прошелестела Крапивина.

Вопреки заявлению Геннадия о неумении Крапивиной ясно и четко излагать свои мысли, Алина говорила на хорошем русском языке, не употребляя слов «чо», «ихняя», «ложить» и «покласть». История, рассказанная ею, оказалась простой, многие женщины могли бы под такой подписаться.

Большинство европеек или американок не станут связывать свою судьбу с хроническим алкоголиком, а русские бабы жалостливы. Наша Маша, Таня, Лена вытащат пьянчугу из лужи, отмоют, накормят и будут терпеть безобразное к себе отношение, надеясь, что мужик перевоспитается. Мысль о том, что хромой осел никогда не превратится в чистокровного ахалтекинца, приходит ей в голову лет эдак через десять несчастливого брака.

Алина купила Андрею апельсины, принялась ухаживать за ним. После выписки отвезла его домой, увидела загаженную донельзя квартиру, отдраила ее – и осталась жить на Остоженке.

Андрюша оказался вполне милым человеком. Напившись, он рук не распускал, никогда не бил Алину, просто тихо засыпал, а проснувшись, просил прощения.