Самый эльфийский поцелуй

— Невооруженным же взглядом видно, что вы меня терпеть не можете, поэтому изначально относитесь предвзято. И где гарантия, что, расследуя дело о покушении, вы не решите отыграться на мне? Я не верю в вашу объективность, декан.

«Попала!»

Мужчина вздрогнул и поджал губы, сверля меня ярко-синим взором.

— Мое отношение к вам никак не повлияет на общее дело.

«Значит, действительно ненавидит… неприятно. Интересный же мужчина. И опасный. Такого рискованно иметь во врагах».

— Позвольте вам не поверить. Вы так стремитесь меня арестовать, что явились сюда рано утром и даже не позволили мне переодеться.

Зря я напомнила ему об отсутствии на мне одежды."

"Взгляд синих глаз, темнея, вновь скользнул по мне и заметно потяжелел.

— Прекратите, алари! — отрывисто произнёс Эшфот. — Мы нашли флакон с ядом.

— И что? Мало ли тут ядов валяется, — откинув локоны назад, заметила я.

— Это ваш флакон и ваш яд.

— С чего?..

— На нем ваша личная печать, алари. Очень глупо было ее оставлять.

«А вот это оскорбительно. Ладно, пока проглочу».

— Даже если флакон мой, это не значит, что я покушалась на княжну. Его могли украсть. Кто угодно, — добавила я.

— Не оригинально, алари.

«Неужели эльфийка действительно имеет отношение к этому покушению? А что потом? У неё проснулась совесть и она решила самоубиться?»

«Так, ладно, Катя, пора доставать козырь!»

— Слушайте, я действительно никого не убивала.

Должного эффекта не получилось.

— Да вы что?

«Не поверил».

Эшфорт скорчил такую противную мину, что мне страшно захотелось схватить подушку и запустить ему в лицо.

— Но меня действительно хотели убить. Вчера. Конфеты!

Я резко обернулась и нашла взглядом застывшую служанку. Судя по её лицу и бегающим глазкам, меня ждали новые неприятности.

— Здесь была коробка с конфетами. В форме сердца, там еще записка была.

— Её нет, — запинаясь, ответила служанка и еще больше побледнела.

— Что значит нет? — сжав кулаки, выкрикнула я.

— Я её выкинула.

«А вместе с ней и мой шанс на спасение!»

— Что? Зачем?

«Кажется, действительно пора брать подушку и душить ею эту дурочку!»

— Вы же сами сказали...

— Я ничего не говорила!

— Надо же... как удобно, — холодно произнес у меня за спиной Эшфорт. — Были конфеты — и вдруг исчезли.