Самый эльфийский поцелуй

«Мда, Катриэль свое дело знала».

— Нет, — четко и твердо произнесла я.

— Что нет? — не понял Люся. — Оплата не устраивает? Так больше не получишь. Условия давно оговорены.

— Меня вы не устраиваете. И работать вместе мы больше не станем.

— Что?!

Люсьена всего перекосило от бешенства: лицо покраснело, на скулах заиграли желваки. Элв до такой степени сжал кулаки, что они заскрепели. Еще немного и мне показалось, что он набросится на меня и побьет.

— Ты что о себе возомнила?! Думаешь кинуть меня и соскочить?

«Фу, ну и сленг.

— С Форманом снюхалась? — продолжал наступать на меня Люся.

— Ни с кем я не нюхалась, — брезгливо скривившись, отозвалась я. — Просто решила отойти от дел. Вот и всё.

— Думаешь, я тебе позволю?

— Забываетесь, Имэро. Сомневаюсь, что это в ваших силах что-то позволять мне или запрещать.

— Неужели? А если я сообщу Витторну, что у него алмазы? Что именно ты пыталась отравить княжну, использовав свой фирменный яд?

«Ну вот он и перешел к угрозам! Да не на ту напал!»

— Тогда думаю, ему будет интересно узнать о вашей незаконной деятельности по созданию и сбыту зелий, продажа которых строго регулируется законом об обороте 200 составов, — с милой улыбкой отвязалась я.

Люся засопел, а на лбу выступили крохотные капельки пота.

«Занервничал Люсенька».

— Ты думаешь, я один пойду на дно? — выдал он. — С удовольствием прихвачу тебя с собой."

"— Вы правильно отметили, Имэро. Мы связаны. Один потянет другого. Вот только у меня есть семья, отец, занимающий высокое положение. Они точно не дадут меня в обиду. А что есть у вас?

Элв молчал, становясь всё мрачнее и мрачнее.

Да ответа и не требовалось.

Мы оба знали, что в конечном итоге его сделают козлом отпущения, а меня выставят невинной жертвой, которую запугали и замучили.

— Заказов больше не будет, — произнесла я, обходя мужчину. — Наше сотрудничество было плодотворным, но оно завершилось. И не советую строить мне козни. Ведь могу и ответить.

Я поднялась на середину пролета, когда Люся, наконец, пришел в себя.

— Ты вернешься, Катриэль, приползешь ко мне на коленях и будешь умолять все вернуть. Вот только условия будут другие. Пятьдесят на пятьдесят.

— Сомневаюсь.

Я поднялась еще на две ступеньки.