Любовь Черного (СИ)

– Много вещей не набирай. Новые куплю.

– Зачем новые? – отходит на несколько шагов. – У меня достаточно вещей. Если будет нужно, я сама куплю.

– Какая ты самостоятельная, – усмехаюсь.

Там, где не надо.

Лучше бы сама на колени встала, расстегнула ремень и взяла мой напряженный член в рот.

Обрываю эти мысли. Чувствую, рядом с ней и так завожусь. Не время сейчас.

А она разворачивается и уходит.

Сука.

Иду за ней. Без присмотра не оставлю. Черт знает, чего еще эта самостоятельная сучка выдумает.

Вижу, как пиджак мой стягивает и отбрасывает.

Она вдруг оборачивается.

– Ты… – осекается. – Мне переодеться нужно.

– И что?

– Выйди… пожалуйста.

Я опираюсь на дверной косяк. Даю понять, что никуда уходить не собираюсь. Пускай при мне одежду меняет.

Чего я там не видел?

8

Девчонка застывает. Смотрит на меня. Нет, не просто смотрит. Прямо взглядом прикладывает. Переодеваться не торопится.

А я ее изучаю.

Платье это никуда не годится. Ноги напоказ.

Ей и раздеваться нет смысла. Считай, что уже голая. Эта черная тряпка мало что прикрывает. Только дразнит."

"Ладно еще сейчас. При мне. Тут можно. Но на люди в таком наряде точно не выпущу. Нечего всяким долбоебам на мое слюной капать и облизываться.

Она чуть вздрагивает. Плечом ведет и на шаг в сторону отходит. Хватает что-то с вешалки, после – с полки. Жесты у нее раздраженные. Видно, вся взвинчена.

А дальше девчонка делает еще несколько шагов и открывает другую створку шкафа, встает за ней так, чтобы я ничего не видел. Только потом начинает менять шмотки.

Вот зараза хитрющая. Теперь за этой загородкой одеждой шуршит.

– Чего прячешься? – хмыкаю. – Все равно ночью раздену. И спать ты будешь со мной в одной постели.

– Что? – опять замирает, тонкие брови в момент сходятся над переносицей. – Ты же сказал, подождешь, пока я сама… соглашусь.

– Я про трах говорил, – усмехаюсь.

– Но как ты… – запинается, пухлые губы поджимает так, что рот превращается в одну тонкую линию, а потом вдруг выпаливает: – У меня есть своя жизнь.

– Силой свое не возьму. Так в чем дело?

– А это, – задыхается от возмущения. – Это – не силой? Заставлять жить с тобой. Угрожать, что разденешь, принудишь спать вместе.

Ну охуеть. Все ей, блять, не так.

В тюрьме я и правда перебрал. Оголодал. Да ещё и она такая. Сильно взбудоражила. Ее глаза. Губы.