Любовь Черного (СИ)

Мощно.

Судорожно вскрикиваю. Разум плавится. Реальность плывет. Растекаюсь под губами Руслана. Он не знает стыда. Для него нет границ.

Отпускает меня, только чтобы опять нависнуть сверху. Буравить глазами. Изучать до такой степени пристально, что взгляд ощущается физически, будто прикосновение.

– Вкусная ты, – хрипло заявляет Руслан, накрывает губами мою шею и обжигает шепотом: – От тебя не оторваться, Тая.

– Я тоже хочу так, – роняю, чуть дыша.

– Как?

– Как ты.

Упираюсь ладонями в его грудь.

И он поддается.

Больше не думаю. Повинуюсь порыву.

Склоняюсь над ним, точно отзеркаливаю наше прежнее положение. Целую, провожу пальцами по мощной шее, по рвано вздымающейся груди. Даже от самых невинных касаний его член твердеет и упирается в мое бедро.

Приподнимаюсь. Повторяю путь своих пальцев губами. Оставляю хаотичные поцелуи на разгоряченной коже. Чувствую, как мышцы перекатываются, становятся железными.

Я накрываю его член ладонью. И поднимаю взгляд. Смотрю в черные глаза. Там адский огонь. Бездна, куда меня все сильнее затягивает.

Надо сжать крепче. Помню, ему так нравится.

??????????????????????????Веду пальцами вверх, а потом возвращаюсь, обхватываю возбужденный орган у самого основания."

"– Блядь, – отрывисто бросает Руслан и оскаливается, глядя на меня.

Он напряжен. Взгляд мрачнеет и затуманивается. Дыхание тяжелеет. Каждый мускул проступает под смуглой кожей, перекатывается и натягивается при малейшем движении. Вены темнеют.

Весь его вид показывает, что я действую правильно.

Длинный и толстый член под моими пальцами превращается в камень. Жилистый, мощный. Он отзывается на каждое касание.

Но я хочу больше. Не просто трогать ладонью как в прошлый раз. Хочу довести Руслана до того состояния, до которого он доводит меня.

Наклоняюсь и провожу языком по крупной головке. Обхватываю губами. Ласкаю, ощущая, как нарастает бешеная пульсация.

Жесткая ладонь опускается на затылок. Пальцы сжимают пряди, и тут же разжимаются. Собирают мои волосы в хвост и перебрасывают на плечо.

Руслан не делает ни единой попытки надавить или задать ритм. Но из его груди вырывается очередной звериный рык. Дикий, утробный.

Пытаюсь понять, как ему нравится.