Одинаковые. Том 3. Индокитай

По сути дела, сформируем с братьями частную военную компанию, ну и наймемся к Бурам, они же пока еще не знают, какая чума красномундирная скоро на них накатиться. Хотя нет, лимонники вроде в англо-бурскую войну уже перешли на форму цвета хаки.

— Илья, ну сколько Вас ждать можно! — Мама ругается! — прибежала Машка, что-то и правда мы с братьями в этих мыслях о вечном про родных то и забыли. А они вот, даже ужинать не начинали.

— Идем, идем! Не голоси Маруся! — ответил ей Никита с улыбкой, натягивая рубаху на голое тело.

На ужин за большим столом собралась вся семья. Конечно, родных по крови было немного, это, по сути, мы с братьями, мама да Машка, наша старшая сестренка, которой кстати скоро будет уже пятнадцать лет. Но дело не в этом. Все эти люди стали очень близкими и дорогими, и случись у любого из них какая-то беда, мы с братьями без раздумий рванем выручать. Мысли о помощи родине, это хорошо, но вот за счастье своих родных буду бороться. Вот так!

— Началось, началось! — закричал, ворвавшийся в гостиную, где мы всей семьей ужинали, Олег Расторгуев.

— Олег, что началось?

— Подожгли!!! Склад наш подожгли!

Глава 20

От пожара до рейдерского захвата: Противостояние

Олег Расторгуев залетел в гостиную во время нашего семейного ужина — весь запыхавшийся. Волосы на его голове были взъерошены, а взгляд ошарашенный.

— Давай, давай, Олег, рассказывай, что там произошло?

— Так подожгли, супостаты! Склад наш подожгли с готовой продукцией. Мы уже завтра должны были отгрузить двести наших мопедов.

— Ты давай, Олег, успокойся, садись. И все подробно расскажи: что сейчас происходит? Склад горит?

— Да нет, сейчас, конечно, уже потушили. Но вся продукция, что находилась в момент пожара на складе считай, практически безвозвратно уничтожена. Разве что некоторые детали будет возможность восстановить, да и то мороки там будет много.

— Так. То есть, получается, вы заключили договор с кем-то, он у вас заказал двести мопедов, и отгрузка когда?

— Завтра, Илья! Завтра должны были отгрузить. А купец этот, что ряд заключал, настоял на штрафных санкциях.