Самовар с шампанским

– Вы к кому? – спросил чуть надтреснутый голос.

– Бонжур, – машинально произнесла я, – ищу мадам Амори.

Дверь подъезда приоткрылась, я юркнула внутрь, увидела в полумраке женщину, стоящую на пороге квартиры, и удивилась:

– Вы Катрин? Меня к вам отправила Лоретта Эвиар. Я Даша.

– Нет, мадам, – возразила незнакомка, – Катрин скончалась три года назад, я ее дочь Клодина. Заходите, поговорим в доме, не стоит обсуждать вашу проблему на лестнице.

Я втиснулась в крошечный коридорчик, поняла, что передо мной вовсе не пожилая дама, и продолжила:

– Лоретта вам не позвонила? Она не знала, что Катрин нет в живых.

Клодин заморгала:

– О ком?

– О Людмиле Бритвиной, – повторила я, – эмигрантке из России, она танцевала в клубе вашего отца Эмиля.

Хозяйка сделала шаг назад.

– Мадам, произошла путаница, вы пришли не к тому человеку. Кто вам нужен?

– Мадам Катрин Амори, – сказала я.

– Это моя покойная мать, – повторила Клодин, – но она не была женой Эмиля.

– Не может быть! – выпалила я.

Клодин пожала плечами:

– Мадам, можете спросить у любого человека на этой улице, наша семья живет здесь с восемнадцатого века. Амори всегда работали аптекарями, весь квартал у нас покупает готовые лекарства, а еще мы составляем их по рецепту докторов. Сейчас в Париже почти не осталось провизоров, способных сделать лечебную микстуру, нынче время таблеток и капель, которые производятся концернами, но, поверьте, детский сироп от кашля по рецепту Анри Амори, моего прапрадеда, действует намного лучше и не вызывает аллергии.

– Акушерка? – растерянно повторила я."

"– Да, мадам, – улыбнулась Клодин, – одна из лучших в Париже, много детей появилось на свет с ее помощью.