Самовар с шампанским

Хозяйка принялась уговаривать меня не уходить, но в конце концов проводила до двери и, когда я стала спускаться по ступенькам в сад, воскликнула:

– Дашенция, а зачем ты приходила-то?

– Просто поболтать, – ответила я и убежала.

Глава 27

В холле нашего дома меня встретила Анфиса, ее серое платье украшала здоровенная брошь из разноцветной пластмассы. Я удивилась этому аксессуару. Фиса совсем не модница, в одежде она предпочитает унылые тона, и до сегодняшнего вечера я ни разу не видела домработницу с бусами на шее, браслетом на руке или с каким-либо другим украшением.

– Симпатичная штучка, – похвалила я украшение, – модная, и тебе очень голубой цвет идет.

Домработница заулыбалась:

– Петр Андреевич тоже так сказал, когда дарил мне брошку: «Лазурный колер ваш».

– Хобби? – недоуменно повторила я. – Какое?

– Неужто не знаете, что ваш отец бижутерию делает? – укорила меня Фиса.

– Ммм, – промычала я, – да… конечно… совсем забыла.

Анфиса одернула платье.

– А уж какой он внимательный! Спустился к обеду, принес коробочку, протянул мне и сказал: «Уважаемая Анфиса, ваше строгое элегантное платье отлично украсит яркое пятно.

Из столовой послышались громкие голоса и заливистый хохот.

– У нас гости! – испугалась я.

– Нет, – возразила Фиса, – только свои чай пьют.

– В полночь? – поразилась я. – Зоя Игнатьевна всегда ложится спать не позднее одиннадцати.

– Сегодня она изменила своей привычке, – поджала губы Фиса.

Анфиса шмыгнула в коридор, я на цыпочках стала красться к лестнице на второй этаж. Александр Сергеевич и Михаил Юрьевич никогда не общались друг с другом, совместно пьют чай они только в анекдотах. А Михайло Васильевич умер до того, как великие поэты появились на свет.