Самая младшая из принцесс

— Жаль, — он подождал, пока я займу место на диване и сел в кресло за стол, — но тогда, о чем вы хотели поговорить?

Я улыбнулась, сдерживая свое негодование по поводу компаньонки.

— Темой для моего разговора будет миссис Бланш.

— И чем вам не угодила эта дама?

Я нахмурилась.

— Я прошу... — осеклась, — нет, я просто требую, чтобы вы нашли мне другую...менее разговорчивую компаньонку, если не желаете, чтобы вашу невесту заговорили до смерти.

Кажется, из всей произнесенной мной фразы, опекун услышал только слово невеста, которое вырвалось у меня совсем нечаянно.

— Вы сказали — невеста? — спросил он.

— Я оговорилась, — поспешно сказала я.

— Правда? — кажется, он подозревал меня во лжи. Или подумал, что я спешу взять назад свои слова.

— Я еще думаю, — продолжила я.

— Я не тороплю вас, но хотелось бы, чтобы вы понимали, что в данной ситуации замужество для вас своеобразная защита от короля и его сына.

— Защита? — слова Финча меня неприятно поразили.

— А разве я вас не люблю? — удивился он наигранно.

— Я не знаю этого, — возразила я. — Вы ни разу не говорили мне о своих чувствах, а сами ждете от меня принятия такого важного для меня решения.

— Простите меня, Элизабет, если я вас обидел! — Финч встал из-за стола, шагнул ко мне, и я испуганно вскочила с дивана, сама не осознавая причину своего страха.

— Вы прекрасны, Элиза, — произнес тихо опекун, — даже сейчас, вот такая.

— Вы пугаете меня, — я старалась говорить спокойно. — Давайте лучше обсудим увольнение миссис Бланш. Я согласна дать ей рекомендации, но не желаю видеть при себе.

Финч застыл в шаге от меня. Посмотрел в глаза своим холодным взором. Он словно стал тем самым человеком, которого я впервые увидела в доме своих родителей, и почувствовала, как по спине пробежал холодок."

"— Я, конечно же, уволю ее, но поиски достойной замены займут какое-то время, — сказал он, гипнотизируя меня взглядом.

— Спасибо! Это меня устраивает, — кивнула я и поспешила выйти из кабинета мужчины, подгоняемая непонятным ощущением, что этот мужчина, с которым я сейчас разговаривала, совсем не мой опекун, сэр Генри Финч.

И внутри меня закралось подозрение, что, когда я возвращала опекуна к жизни, я что-то изменила в нем своей темной магией.