Самая младшая из принцесс

— Чертова миссис Хьюз! — заскрипел зубами Финч.

— Не вините ее, — попыталась оправдать я женщину, — он только потому и не убил ее, чтобы было с кем передать эти слова.

— А мне ведь ничего не сказала, когда просила расчет! — Финч едва сдерживался.

Его характер давал о себе знать. Мне казалось, он способен сейчас броситься на поиски бедной компаньонки и заставить ее пересказать ему эту историю со всеми мельчайшими подробностями. Почему сэра Генри так взволновал рассказ о брате? Что если Эдвард действительно что-то знает.

— Вы же не собираетесь встречаться с Эдвардом? — спросил у меня опекун.

— Нет, милорд, — поспешила успокоить его я.

— Элиза, — мужчина шагнул ко мне, — он опасен. Я прошу вас не нарушать свое слово и ни в коем случае не ходить с ним на встречу. Никогда... и... — он посмотрел мне в глаза. — Даже если со мной что-то случится, вы не пойдете к нему.

Финч говорил загадками. Он напугал меня.

— Что с вами может случиться? — удивилась я.

— Это я так просто сказал, к слову, — он замялся, а затем улыбнулся, правда, несколько неестественно. — Я оставлю вас до обеда, леди Элиза, — он усмехнулся, — мне стоит переодеться, и кое-что решить."

"— Я извиняюсь, если расстроила вас, милорд, — проговорила искренне.

— Не вините себя, — он снова стал спокоен. В серых глазах больше не плескалась ярость. Отличный контроль, — Признаюсь честно, когда я шел сюда, я и не думал, что услышу подобное.

Мне стало отчего-то неудобно.

— Я еще не решила с ответом, — сказала я.

Финч кивнул.

— Не торопитесь. Я буду ждать столько, сколько потребуется, — ответил он и, поклонившись, вышел из библиотеки, оставив меня одну стоять и смотреть ему вослед. И что-то на сердце сжалось от тревоги. Словно я сейчас сделала какую-то ошибку. Возможно, мне стоило дать ему свой ответ, но что-то остановило.

«Как бы потом не пожалеть!» — мелькнула мысль в голове.

Глава 23

Несколько дней спустя, жизнь текла спокойным чередом, если не считать того, что лорд Финч почти не удостаивал меня своим присутствием, ограничиваясь встречами за обеденным столом, за время которых он ухитрялся едва обмолвиться со мной парой ничего незначащих фраз. Все остальное время опекун проводил за чтением газет, а после трапезы поднимался из-за стола, вежливо кланялся и уходил, а я смотрела ему вослед, не делая попыток остановить.