Самая грешная ночь

Я всё падала и падала в пропасть от их нежных касаний. Едва сдерживалась от болезненного спазма внизу живота. Жаждала сладкого экстаза, который был уже очень близко…

— Тебе тоже придется немного постараться, — проговорил Дэвид, кладя мою руку на своё каменное, налитое желанием, мужское естество. — Давай, детка…

Меня вмиг обдало жаром. Не от ужаса, а от того, что заводилась ещё сильнее от этого.

— Смелее, маленькая… не будь такой жадной.

Обхватив мои пальцы, блондин стал сам направлять их. Вынуждал двигать ими по твёрдому стволу вверх-вниз.

— Ты — ангел… — прошептал он, проводя большим пальцем по моим губам."

"Легонько надавив на мои щёки, заставил распахнуть рот. Нахально и бесцеремонно проник в него пальцем, надавливая на язык. Едва я втянула в себя воздух, чтобы указать на своё возражение, как Ричард широко раздвинул мои ноги.

Не позволяя их сомкнуть, приник губами к моей пульсирующей промежности, даря новые вспышки удовольствия.

Всхлипнув, расслабилась. Казалось, будто сейчас лишусь остатков разума. Меня снова затрясло, как при лихорадке, от бешеного желания, что даже действия Дэвида, который заменил пальцы на свой член, не сумели меня напугать.

— Умница, Колибри, — шипел от удовольствия блондин, когда я покорно прошлась по нему языком. — Великолепно…

Именно это я могла сказать на то, что делал Ричард, продолжая свою пытку. Он раздвигал языком мои складочки. С нажимом водил между ними, уделяя особое внимание чувствительному бугорку.

Я стонала от удовольствия, пытаясь языком доставить такое же наслаждение и Дэвиду, который невероятно умело и сладко ласкал мою грудь.

Принялась метаться и стонать ещё громче, когда Ричард подключил пальцы. Мир размылся, и остались одни очертания.

Едва осознавала происходящее. Уже не пыталась противиться тому, как грубо и глубоко Дэвид проникал в моё горло, а после и вовсе извергся в меня, наполнив рот вязким семенем.

Все ощущения были там… вместе с Ричардом, который возносил меня к самим небесам… в самую высь… к звёздам.

— Будет немного больно, — прошептал брюнет, отстраняясь, но продолжая ласкать пальцами.

Будь то боль или еще что-то…не важно. Меня это мало беспокоило. Хотелось только продолжения…

В ушах шумело. Веки налились тяжестью, и не получалось их распахнуть, чтобы посмотреть на неожиданно удаляющуюся фигуру Дэвида.

Последовал хлопок двери, и мы остались одни.